Четверг, 1 февраля 2018 г.

Выдержав зло, пребывая в нашей немощи, Господь явил нам блага Своего могущества и славы

«…и лакоть един конца с обеих сторон» (Иез. 40:12)[1].

Мы видим, что многие внутри самой Святой Церкви гордятся, предаются удовлетворению плоти, бывают жадны к приобретению земных благ, из жадности переплывают моря, необузданно предаются гневу, проводят время в тяжбах, вредят ближним, которых сами сильнее. Но, поскольку, Святая Церковь их еще терпит, ожидая, чтобы они исправились, то они остаются в ее широкой части, наподобие низа «ковчега», пребывая как бы «звери». Кроме того, мы видим, что в ней некоторые уже не желают чужого, переносят равнодушно нанесенную обиду, довольны своей собственностью, живут в смирении. Но, поскольку, таких уже немного, то «ковчег» суживается. Видим и других, которые оставляют имение, решительно не заботятся о земных благах, любят врагов, плоть отвращают от всяких пожеланий, все страстные движения стесняют судом разума, в желании Небесного расправляют крылья к созерцанию. И, поскольку, такие весьма редки, то «ковчег» подводится уже близко к локтю, где содержатся люди и летающие. Впрочем, если спросить, кто из них может быть без греха, то не найдется ни одного. И, кто может быть человеком без греха, если не Тот, Кто не был зачат во грехе? Итак, «ковчег» завершается одним локтем, потому что без греха только один Виновник и Искупитель Святой Церкви, к Которому и через Которого стремятся все те, которые признали себя грешниками. Итак, да будет сказано о входе и воротах: «…и лакоть един конца с обеих сторон», потому что, когда один Посредник Бога и человеков, Человек Иисус Христос, явится во Славе Своей, тогда исполнит все, что предсказано и обетовано в том и другом Завете.

Если же в этом месте выражение «с обеих сторон» напоминает нам о «крае» и «спальнях», то и это не противоречит этой мысли, потому что, когда будет нам явлена слава нашего Искупителя, тогда окончится вера, так как человек начнет уже видеть то, во что верил. Предела своего достигают и «спальни», потому что бестелесно сердца верующих несравненно скорее достигают совершенства в любви к Нему. Итак, «…и лакоть един конца с обеих сторон», потому что лицезрение единого Господа и Спасителя завершает в Его избранных веру, и доводит до совершенства любовь.

Надо вспомнить, кто мы, которые об этом рассуждаем. Нет сомнения, что мы пришли к вере из язычников, нет сомнения, что предки наши были поклонниками деревьев и камней. Откуда же нам даровано то, что мы исследуем такие глубокие таинства пр. Иезекииля, о которых ныне даже евреи не знают? Итак, да будет от нас благодаpeние Единому, Который на деле исполнил все то, что написано о Нем в Священном Писании, чтобы было ясно видимо то, чего нельзя было разуметь от чтения. Потому что там воплощение, там страдание, там смерть, там содержатся Его воскресение и вознесение. Но кто из нас поверил бы этому на слух, если бы не знал событий? Итак, запечатанную книгу, как читается в Апокалипсисе ап. Иоанна (см. Откр. 5:3-5), которую никто не мог раскрыть и прочесть, раскрыл Лев от колена Иудова, потому что открыл нам все Свои Таинства через Свое страдание и воскресение. И через то, что выдержал зло, пребывая в нашей немощи, явил нам блага Своего могущества и славы.

Он соделался плотью, чтобы нас сделать духовными: ибо благосклонно преклонился, чтобы нас поднять; вышел, чтобы внести; явился видимым, чтобы показать невидимое; претерпел мучения, чтобы даровать здравие; выдержал поношения и насмешки, чтобы освободить от вечного поношения; умер, чтобы даровать жизнь. Итак, воздадим благодарение животворящему нас и умершему за нас, и животворящему потому, что умер за нас. Поэтому пр. Исаия, ясно созерцая наше спасение и Его страдание, говорит: «да совершит дело Свое, дело чуждое Егo; да делает дело Свое, дело есть отстраненное от Него» (Ис. 28:21)[2].

Ибо дело Божие состоит в собирании душ, которые Он сотворил, чтобы снова призвать их к радостям вечного Света. Терпеть же биения и оплевания, крест, смерть и погребение, не есть дело Божие по Его существу, но есть дело человека-грешника, который все это заслужил своим грехом. «Он грехи наши Сам вознес телом Своим на древо…» (1 Петр. 2:24). И Тот, Кто по Своему естеству всегда пребывает неосязаемым, благоизволил быть осязаемым и битым в нашем естестве, потому что, если бы Он Сам не принял того, что свойственно нашей немощи, то никогда не возвысил бы нас до могущества Своей силы. Итак, чтобы совершить Свое дело, Он делает «…дело чуждое Его…»; и чтобы сделать «Свое дело», дело, отчужденное oт Него, воплощенный Бог благоволил быть мучимым за нас, как человек грешник для того, чтобы собрать нас для Своего оправдания. И Он совершил «дело чуждое Его» для того, чтобы совершить Свое собственное, и, перенеся в немощи плоти наши несчастья, нас, Свое творение, перевел в славу Своей силы, в которой Он живет и царствует с Богом Отцом, в единстве со Святым Духом, Бог через все веки веков. Аминь.



[1] выступ в один локоть, и в один же локоть с другой стороны выступ…

[2] На церковнославянском языке: …с яростию сотворит дела своя, горести дело: ярость же его чуждо употребится, и погубление его странно. Синодальный перевод: …чтобы сделать дело Свое, необычайное дело, и совершить действие Свое, чудное Свое действие.

 


Пятница, 2 февраля 2018 г.

Спаситель ведет душу верующего к ведению внутреннего мира

Сказав о «спальнях» ранее (см. Иез. 40:7), пророк далее добавляет, что «спальни» были шести локтей отсюда и оттуда: «…эти комнаты с одной стороны имели шесть локтей и шесть же локтей с другой стороны» (Иез. 40:12). При этом для нас возникает важный вопрос: почему он выше сказал, что спальня измерена одной тростью, а о самой трости сказал, что она имеет шесть локтей и ладонь (см. Иез. 40:5), а теперь говорит, что «спальни» имеют меру только шесть локтей? Ибо, если они измеряются не тростью, а шестью локтями, то недостает ладони, которая по предыдущему высказыванию заключалась в мере трости. Но если «спальни» суть чувства и помышления верующих, которыми чистые души соединяются в любви к своему Создателю, а мерой в шесть локтей выражается совершенная деятельность, ладонью же начало созерцания, то мы должны обратить внимание на членов Святой Вселенской Церкви, и скоро обнаружим, что есть в ней «спальни», имеющие меру одной трости, и есть другие, только в шесть локтей. Ибо некоторые верующие любят Всемогущего Бога так, что и в деле бывают совершенны, и в созерцании опытны. Именно они имеют меру трости, потому что обладают и шестью локтями деятельности, и пядью созерцания. Некоторые же, хотя любят Всемогущего Бога и исправно упражняются в добрых делах, но не умеют тончайшим рассудком созерцать Его величие. Они любят, но не умеют отыскивать радость от Его видения. Они имеют шесть локтей, а ладони не имеют, потому что любовью они уже соединены с Ним, но по созерцанию разделены. И далее об этих «спальнях» говорится, что они локтя единого с той и другой стороны: «…и лакоть един конца с обеих сторон» (Иез. 40:12)[1]; потому, что в любви к нашему Создателю и Искупителю воссоединились верующие души из иудейского народа и из язычества.

И как свидетельствует евангелист, когда наш Искупитель, сидя на молодом осле, входил в Иерусалим: «Многие же постилали одежды свои по дороге; а другие резали ветви с дерев и постилали по дороге. И предшествовавшие и сопровождавшие восклицали: осанна! благословен Грядущий во имя Господне!» (Мк. 11:8-9). Ибо наш Спаситель, сидя на молодом осле, входит в Иерусалим, когда, управляя душой всякого верующего, как Своим рабочим животным, ведет ее к видению внутреннего мира. Он так же сидит на рабочем животном, когда вообще управляет Святой Церковью и воспламеняет ее к желанию вечного мира. Многие же постилают по пути свои одежды, потому что укрощают свои тела воздержанием, чтобы приготовить путь душе, и показать пример последующим. Другие же режут ветви или листья с деревьев, и постилают по пути, потому что в учении истины заимствуют слова и мысли отцов из их писаний, и, идя со смиренной проповедью, подкладывают их на пути Божием душе слушателя. Это и мы, недостойные, иногда делаем. Ибо, когда мы в речи увещания заимствуем мысли у отцов, тогда как бы отсекаем ветви от деревьев, чтобы постилать их на пути Всемогущего Бога. Но предыдущие и последующие взывали: «осанна!». Потому что иудейский народ предшествовал, а языческий последовал. А поскольку все избранные, как те, которые могли быть в Иудеи, так и те, которые ныне существуют в Святой Церкви, и веровали и веруют в Посредника между Богом и людьми, то предыдущие и последующие взывают: «осанна!». «Осанна» же на латинском языке значит «спаси нас». Ибо от Него как прежние просили спасения, так и нынешние просят; и благословенным исповедуют Того, Кто идет во имя Господне; потому что одна надежда, одна вера, как у предыдущих, так и последующих народов. Ибо как те спаслись ожидаемым страданием и Его воскресением, так и мы спасаемся прошедшим страданием и на веки пребывающим Его воскресением. Так как в Кого веровали и Кого любили грядущего наши предки из иудейского народа, в Того же и мы веруем пришедшего, и любим Его, и пламенеем желанием, чтобы видеть Его лицом к лицу. Итак, «…и лакоть един конца с обеих сторон», потому что сердца верующих в Него соединяются и из первой части веков, и из последующих.



[1] выступ в один локоть, и в один же локоть с другой стороны выступ…

 


Суббота, 3 февраля 2018 г.

Высоко, не могу постигнуть Его!

«…дверь была против двери» (Иез. 40:13).

Наш Создатель несравненно полно владычествует над всей тварью и некоторые Свои творения производит для того, чтобы они были, но не жили; некоторые для того, чтобы они были и жили; но не имели возможности рассуждать что-либо о жизни; а некоторые для того, чтобы они были, жили и рассуждали. И Он Один производит все во всех, пребывая во всем неразделен (см. 1 Кор. 12:6). Ибо Он есть истинно Верховный, всегда Сам Себе равный. Наша душа, хотя по естеству не различна от себя самой, однако же, различна через помышление. Ибо в то время, когда она размышляет об увиденном, она как бы перестает слышать; а в то время, когда она размышляет об услышанном или вкусе, тогда не может мыслить об обонянии; следовательно, она посредством внимания и забвения всегда бывает не похожа сама на себя, ибо содержит в мысли то одно, то другое. А Всемогущий Бог, так как неизменен в Себе Самом, что видит той силой, которой все слышит; творит той силой, которой и судит сотворенное. Итак, для Него видеть означает вместе с тем и управлять, а управлять значит и видеть. Он не иной Мыслью помогает праведникам, и иной осуждает нечестивых, но одной и той же силой единственного Своего естества, всегда распоряжается различным в различных.

Но, почему мы удивляемся этому могуществу Создателя, когда видим следы Его силы даже в творениях? Так сущность грязи и воска различна, но солнечный луч для них неразличим, и, однако же, не будучи ими различаем, производит различное в грязи и воске, потому что одним и тем же жаром своего огня грязь приводит в твердое состояние, а воск расплавляет. Но, может быть, это заключено в сущности грязи или воска, а не в сущности солнца, которая в различных сущностях видимым образом производит различное. Но Всемогущий Бог в Самом Себе имеет свойство распоряжаться изменяемым без изменения собственной сущности, творить различное без изменения в Себе, образовывать разнообразное без выстраивания предварительной последовательности мыслей. Итак, различно производит различное всегда неизменный в Себе Бог, Который и везде есть, и везде Целый. Ибо говорит: «…небо - престол Мой, а земля - подножие ног Моих…» (Ис. 66:1). И написано о Нем: «Кто исчерпал воды горстью своею и пядью измерил небеса…?» (Ис. 40:12).

Из этого безусловно вытекает, что Тот, Кто сидит на Небе, как на престоле, находится выше и внутри; а Кто измеряет Небо пядью, и землю горстью, Тот находится и вне, и выше, и ниже. Итак, Всемогущий Бог, чтобы показать, что Он внутри и вышe всего, Сам сказал, что Небо является для Него престолом. А для того, чтобы показать, что Он все окружает, утверждает, Писание говорит, что само Небо меряет пядью, а землю содержит в горсти. Итак, Он одновременно есть внутренний и внешний, нижний и вышний: по управлению вышний, по ношению нижний; по наполнению внутренний, по окружению внешний. Он внутри существует так, что присутствует и вовне; так окружает внешне, что проникает внутрь; так управляет, что Сам и носит; так носит, что Сам владычествует. Итак, когда душа, возвышенная до понимания самой себя уразумеет свою меру, и познает, что она выше всего телесного, и от этого понимания себя стремится к разумению Виновника всего, тогда что это означает, если не то, что она видит «дверь против двери»? Поэтому и Виновнику всего пророк говорит: «Дивно для меня ведение [Твое]…» (Пс. 138:6), ибо, если душа, сколько бы ни усиливалась, не может совершенно понять саму себя, то сколько более не может понять величие Того, Кто мог сотворить саму душу?

И, когда пророк трудился в разумении ведения Божия, тогда, уставая и изнемогая, добавил: «…высоко, не могу постигнуть его!» (Пс. 138:6). Но, когда мы, стараясь и напрягаясь, желаем видеть хотя что-либо из естества невидимого, тогда мы, уставая, отстаем и возвращаемся назад; и, хотя мы еще не можем проникнуть во внутреннее, однако же, мы уже видим от внешней двери дверь внутреннюю. Ибо сам труд размышления есть дверь, потому что открывает нечто из того, что внутри, хотя войти туда еще нельзя.

 


Воскресенье, 4 февраля 2018 г.

Искупитель – Источник милосердия, омывающий грешников

«в день тот будет источник дома Давидова открытым для живущих в Иерусалиме, в омовение грешника, и женщины с месячным кровотечением» (Зах. 13:1)[1].

Скрытый «источник» есть Единородный Сын Отчий, – невидимый Бог, а «источник» открытый есть Тот же Бог воплощенный. Этот открытый источник справедливо называется принадлежащим к дому Давидову, потому что наш Искупитель явился к нам из рода Давидова. Но Иерусалим означает «видение миpa». В Иерусалиме живут те, кто устремляют внимание на видение внутреннего мира. А «грешник и женщина с месячным кровотечением» есть тот, кто грешит на деле, и душа, впадающая в нечистые помыслы. Ибо скверна женщины с месячным кровотечением такова, что она, и не прикасаясь к чужой плоти, оскверняется своей плотью. Так, именно так, бывает со всякой душой, которая хотя и не делает преступления, однако же, становится нечистой от нечистых помыслов. Поэтому и через другого пророка о душе, занятой нечистыми пожеланиями, под образом Иудеи, говорится: «…все ищущие ее не отстанут, они найдут ее в месячных ея» (Иер. 2:24)[2]. Ибо злые духи, ища погибели, не отстают, когда желают нанести вред, и не отражаются никакой правильностью доброго размышления. Они находят душу в месячных ее (очищениях), когда, занятую скверными помыслами, удобно влекут ее к развратному делу. Итак, пусть говорится: «в день тот будет источник дома Давидова открытым для живущих в Иерусалиме, в омовение грешника, и женщины с месячным кровотечением», потому что для нас уже открыт источник милосердия – наш Искупитель, Который благоволил воплотиться в дому Давидовом, чтобы омывать грешника от скверного делания, и оскверненную душу очищать от нечистых помыслов. Итак, «источник» открыт; потечем со слезами, омоемся в этом источнике благочестия.

В этом источнике омылся сам царь Давид, когда обратился к слезам покаяния, желая смыть пятна грязи от тяжкого преступления. Он отыскивал самый «источник», когда говорил: «Воздаждь ми радость спасения твоего и Духом владычним утверди мя» (Пс. 50:14)[3]. Ибо Еврейское «Иисус» означает «Спаситель». И что означает, что царь Давид просит возвратить ему радость Спасителя, если не то, что до преступления он по обыкновению созерцал Его, а после преступления лишился радости созерцания Его? Поэтому, справедливо, после покаяния, он просил о возвращении ему радости видения Его (Спасителя). В этом источнике милосердия омылась Mapия Магдалина, которая прежде была известная грешница, но потом смыла пятна от грехов слезами, и вытерла их исправлением нравов (см. Лк. 7:37-38 и далее). В этом источнике милосердия омылся перед всеми апостолами ап. Петр за свое отречение, потому что, раскаявшись, горько плакал (см. Мф. 26:75). В этом источнике милосердия омылся при своей кончине разбойник, который, укоряя самого себя, был омыт от виновности в своих грехах исповеданием Истины (см. Лк. 23:41).

Итак, почему мы ленивы? Почему остаемся недвижимыми и холодными, когда знаем, что в этом источнике благочестия уже омылись столь многие? Неужели будем отчаиваться в своем омовении мы, которые имеем залог в примерах столького милосердия? И неужели перестанем просить со слезами упования о помиловании, мы, которые получили в залог для своей надежды очищение столь многих грешников? Мы должны были бы отыскивать источник милосердия, даже если бы он был закрыт. Но он теперь открыт, а мы не радим. Обратим взоры веры на весь мир, и обсудим, сколько грешников днем и ночью омывается слезами в этом источнике милосердия, сколько из них возвращаются из тьмы к свету, сколько обращаются от зачернения к чистоте. Итак, побежим с ними из тьмы смерти к воде жизни; обсудим, сколько мы нагрешили, сколько грешим ежедневно, и, чтобы явиться чистыми после преступлений, омоем слезами наше всесожжение. Для совершения этого есть благодать нашего Искупителя, Который живет и царствует во веки веков. Аминь.



[1] На церковнославянском языке: В день он будет всяко место отверзаемо дому давидову и живущым во Иерусалиме в предвижение и разделение. Синодальный перевод: В тот день откроется источник дому Давидову и жителям Иерусалима для омытия греха и нечистоты.

[2] На церковнославянском языке: …вси ищущии его не утрудятся, во смирении его обрящут его. Синодальный перевод: …Все, ищущие ее, не утомятся: в ее месяце они найдут ее.

[3] Возврати мне радость спасения Твоего и Духом владычественным утверди меня.


 

Понедельник, 5 февраля 2018 г.

«Я есмь путь и истина и жизнь» (Ин. 14:6)

«и вне ворот внутренних сокровищницы певцев в притворе внутреннем, который был с боку ворот, обращенных к северу; и лице их против пути южного одного, с боку ворот восточных, которыя имели лицевую сторону к пути севера» (Иез. 40:44)[1].

Под «северными воротами» можно разуметь язычество, под «южным путем» Иудею, а под «восточными воротами» самого Господа. Севером образно не несправедливо представляется язычество, которое обдает своим холодом тот властитель, который сказал: «…«взойду на небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой и сяду на горе в сонме богов, на краю севера» (Ис. 14:13). И под «южными воротами» справедливо можно разуметь Иудею, в которой духовные отцы горели Небесной любовью. Один из них говорит: «Возврати, Господи, пленение наше, яко потоки югом» (Пс. 125:4)[2]. Она, хотя и была наполнена плотским народом, который носил как бы холод севера, но в своих святых учителях и пророках она горела огнем любви к Богу и ближнему. А «восточные ворота» справедливо обозначают Того, о Ком написано: «…се, муж, восток имя Ему…» (Зах. 6:12)[3], и о Котором пр. Захария говорит: «…посетил нас Восток свыше» (Лк. 1:78). Итак, пусть остаются сокровищницы певцев со стороны ворот северных, потому что, не только в Иудее сердца святых духовно пламенели, но и во множестве язычников, обратившихся к таинствам святой веры, сердца святых горят любовью к Небесному Отечеству, стремятся к вечным радостям, напрягают усилия, чтобы приобщиться к сообществу своих сограждан на Небе; однако же, примеры этой ревности, которую они получили в дар от Святого Духа, они заимствуют от духовных отцов синагоги. Поэтому и самые сокровищницы, устроенные со стороны севера, направлены лицом к пути южному. Ибо вот мы пришли из язычников; но, пламенея любовью Святого Духа, мы взираем на отцов Иудеи, которые в своих изречениях ежедневно показывают нам примеры святого стремления.

Не полуденным ли как бы жаром горел тот, кто жаждал, говоря: «Как лань желает к потокам воды, так желает душа моя к Тебе, Боже! Жаждет душа моя к Богу крепкому, живому: когда приду и явлюсь пред лице Божие!» (Пс. 41:2-3). Он и еще говорит: «Буду размышлять о пути непорочном: «когда ты придешь ко мне?»…» (Пс. 100:2). Этим же пламенем горел тот, который говорил: «Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром, ибо видели очи мои спасение Твое» (Лк. 2:29-30).

Итак, поскольку мы пришли из язычества, но святых отцов из Иудеи считаем за образцы для себя в подражании их Божественной любви, то мы как бы некие «сокровищницы певцев» сбоку ворот, устроенных на пути к северу, но обращенные лицами к пути южному.

И замечательно, что о тех же самых сокровищницах говорится, что они находятся между воротами северными и восточными, потому что после воплощения Господа, множество язычников обратилось к вере, и между этими самыми верующими народами и таинствами воплощения Господа, которое они сердечно любят, возвышаются сердца любящих. Итак, пусть святые сокровищницы имеют с одной стороны восточные ворота, а с другой северные, потому что как бы находясь между самыми таинствами их искупления, которые они принимают, и некоторыми плотскими людьми, которых вынужденно терпят даже внутри Святой Церкви, многие преуспевают в крепкой любви к Богу, отличаются добродетелями, желают пришествия Вечного Судьи и между тем, что они любят, и тем, что они переносят, служат как бы некоторыми сокровищницами, вмещающими в душе богатство духа. Принимая таинства, которые они благоговейно любят, и, подвергаясь некоторым неприятностям, которые переносят, они не ослабевают, потому что устремляют взоры к пути южному. Ибо, что такое мы терпим, чего прежде нас не претерпели отцы наши из любви ко Господу?

Но надо заметить, что между южными и северными воротами описываются восточные ворота, потому что Господь и наш Искупитель, родившись в Иудее, устроил на вере в Него Церковь из язычников. Он явился как бы между южными и северными воротами, потому что от одних Он пришел, а других обратил к служению Себе. Поэтому хорошо говорится, что эти же восточные ворота обращены к пути севера, ибо родившийся Господь оставил синагогу, и призвал в Свою Церковь множество язычников. И надо заметить, что, когда было сказано о сокровищницах: «…и лице их против пути южного…», тогда прибавлено «…одного…» для того, чтобы мы ясно знали, что не другой путь к Небесному Отечеству для нас, пришедших из язычества, и не другой для тех отцов, которые были в Иудее, но для нас и них один и тот же путь есть тот, который ведет к вечным радостям, который через Святое Евангелиe говорит нам: «…Я есмь путь и истина и жизнь…» (Ин. 14:6). О нем псалмопевец говорит: «дабы познали на земле путь Твой, во всех народах спасение Твое» (Пс. 66:3). И имя «Иисус» означает «Спаситель». Следовательно, путь на земле познается нами потому, что Иисус, Бог прежде веков, и человек в конце веков, явился язычникам. Итак, один есть путь и для тех, которые от юга, и для тех, которые взирают со стороны северной, потому что для избранных Иудеев и язычников Господь и Искупитель наш, по уничтожении страха наказания, соделался путем любви к Отцу, и помощью в шествии к Нему.



[1] Снаружи внутренних ворот были комнаты для певцов; на внутреннем дворе, сбоку северных ворот, одна обращена лицом к югу, а другая, сбоку южных ворот, обращена лицом к северу.

[2] Возврати, Господи, пленение наше, яко потоки югом.

[3] …вот Муж, - имя Ему ОТРАСЛЬ…


Вторник, 6 февраля 2018 г.

Сын Божий дарами Святого Духа отворяет душу к послушанию

«И сказал мне: сын человеческий! все слова Мои, которые буду говорить тебе, прими сердцем твоим и выслушай ушами твоими; встань и пойди к переселенным, к сынам народа твоего…» (Иез. 3:10-11).

Нам надо внимательно рассмотреть то, что Господом повелевается пророку, сначала выслушать Его слова, потом понять их сердцем, и только потом говорить народу. Мы слушаем слова Божии, если исполняем их. Мы тогда верно передаем их ближним, когда прежде сами их исполним. Это подтверждает евангелист Марк, когда повествует о чуде Господнем, говоря: «Привели к Нему глухого косноязычного и просили Его возложить на него руку» (Мк. 7:32). О порядке этого исцеления он говорит следующее: «…вложи персты своя во ушы его и плюнув коснуся языка его: и воззрев на небо, воздохну и глагола ему: еффафа, еже есть разверзися. И абие разверзостася слуха его, и разрешися уза языка его, и глаголаше право» (Мк. 7:33-35)[1]. Что означает, что Бог, Творец всяческих, когда благоволил исцелить глухого и косноязычного, вложил Свои персты в его уши и, плюнув, коснулся его языка? Что обозначается «перстами» Искупителя, если не дары Святого Духа? Ибо когда в другом месте Он изгнал беса, то сказал: «Если же Я перстом Божиим изгоняю бесов, то, конечно, достигло до вас Царствие Божие» (Лк. 11:20). Об этом же событии по сказанию другого евангелиста Он сказал: «Если же Я Духом Божиим изгоняю бесов, то конечно достигло до вас Царствие Божие» (Мф. 12:28). Из этих слов мы можем заключить, что «перстом» Божиим называется Святой Дух. Итак, «вложить персты в уши» означает дарами Святого Духа отворить душу «глухого» к послушанию. Но что означает, что Он, плюнув, коснулся его языка? Для нас слюна Искупителя есть из уст Его принятая мудрость Божественной проповеди. Итак, когда премудрость, которая есть Он Сам, касается нашего языка, тогда мы тотчас делаемся способными к проповеди. Не потому «…воззрев на небо, вздохнул…» (Мк. 7:34), будто бы имел необходимость во вздохе Сам Тот, Кто даровал то, чего просил, но учил нас воздыхать к Тому, Кто обитает на Небе, чтобы Он и уши наши отверзал дарами Святого Духа, и чтобы язык слюной уст, т.е. ведением Божественного слова, разрешался для слов проповеди. Глухонемому тотчас говорится: «…еффафа, еже есть разверзися. И абие разверзостася слуха его, и разрешися уза языка его…». Здесь надо отметить, что по причине закрытых ушей сказано: «разверзися». Ибо у кого уши сердца отверзаются к послушанию, у того, впоследствии, без сомнения, разрешаются и узы языка, так что он может и другим советовать для исполнения те добродетели, которые сам исполняет. Поэтому верно добавляется: «…и глаголаше право». Ибо «право» глаголет тот, кто прежде сам из послушания исполняет то, к чему словом увещевает других.

А то, что далее пророк посылается на проповедь к находящемуся в плену народу, то под этим пленом должно разуметь не только тот плен, который народ терпел телесно, но и тот, в котором была его душа. Ибо он из Иерусалима переселен был в Вавилон. Но что обозначается Иерусалимом, если не «видение мира»; что Вавилоном, если не «смешение»? Тот, кто отпадает от праведных дел в дела развращенные, как уклоняющийся от добродетели к порокам, как бы из Иерусалима переходит в гражданство Вавилонское. Он оставляет вершину доброго созерцания, чтобы оказаться в плену смешения. Это обычно часто случается с теми, кто, делая добро, тщеславятся своею добродетелью. Поэтому псалмопевец, дабы от видения мира, т.е. от добрых дел, не попасть в плен в Вавилон, взывая ко Господу, говорит: «…убежище мое: не поколеблюсь» (Пс. 61:7). Ибо, если бы он надеялся на себя, то через это свое падение неизбежно переселился бы от дел праведности ко греху.

 



[1] …вложил персты Свои в уши ему и, плюнув, коснулся языка его; и, воззрев на небо, вздохнул и сказал ему: «еффафа», то есть: отверзись. И тотчас отверзся у него слух и разрешились узы его языка, и стал говорить чисто.


Пятница, 9 февраля 2018 г.

Милосердие нашего Создателя щедро

«И во внутренний двор были южные ворота… И повел меня восточными воротами… Потом привел меня к северным воротам…» (Иез. 40:27, 32, 35).

Мы ранее сказали, что «восточными воротами» может быть обозначаем Господь, «южными» – Иудея, а «северными» – обратившееся язычество. Ибо мы называем «вратами» Господа потому, что через Него входим к Нему. «Воротами» называем Иудею и язычество, потому что знаем, что вход в Небесное Здание открыт прежде евреям, а после отцам, пришедшим из язычества. Но в этом случае возникает вопрос: почему в предыдущем повествовании пророка прежде описаны «ворота восточные», затем «северные», и, наконец, «южные»? А, когда он стал повествовать о тех же самых воротах, рассматривая их со внутреннего притвора, то прежде описал «ворота южные», потом «восточные», и в-третьих «северные». Почему он не держался одного и того же порядка, который принял, но изменил его в описании ворот так, что прежде говорил о восточных воротах, северных и южных, а после – о южных, восточных и северных? Итак, если именем «севера» обозначается язычество, то всем внимательным читателям известно, что язычество было прежде синагоги. Ибо сам Евер, от которого евреи получили свое название, избран из язычников (см. Быт. 10:20-21). Следовательно, можно говорить о восточных воротах прежде северных и южных, потому что Господь, Который есть прежде всех веков, по Божеству своему рожден прежде язычества и Иудеи. Но в последующем повествовании говорится о южных, восточных и северных воротах, потому что наш Искупитель по человеческому естеству благоизволил родиться среди Иудеи и язычества, и Он пришел к концу синагоги, и перед началом той Церкви, которую собрал и из язычников. Итак, в первом описании пусть восточные ворота остаются впереди северных и южных ворот, а во втором восточные ворота называются между южными и северными воротами, потому что и по Божеству предшествовал всему, и по человечеству явился среди всего, Тот, Кто соделался концом падавшей Иудеи, и началом последующего за нею язычества.

«и врата притвора внутренняго против ворот северных и восточных…» (Иез. 40:23)[1].

В этом месте частица «против» полагается не для выражения противности, но для выражения прямоты; ибо ворота внутреннего притвора показаны были расположенными так, что ворота северные и восточные были направлены к ним прямым входом. Итак, что значит, что внутренние ворота показываются устроенными по прямому направлению против ворот восточных и северных, если не то, как ясно дается разуметь, что вход Царства Небесного равно открыт, как для иудейского и языческого народа, так и для праведников и грешников, после грехов обратившихся к Господу? Ибо милосердие нашего Создателя щедро. И внутренние ворота обращены не только к воротам востока, но и севера, потому что радости внутреннего притвора открыты не только тем, которые пребывают в невинности, но и грешникам, осуждающим через покаяние свои грехи, чтобы они знали о неизреченных таинствах Небесного Отечества, зная, жаждали, жаждая, стремились, стремясь, достигали их. Об этих тайнах внутренней радости знал тот, кто говорил: «Жаждет душа моя к Богу крепкому, живому: когда приду и явлюсь пред лице Божие!» (Пс. 41:3). Проповедник язычников стремился к этому входу Царства Небесного, когда говорил: «…имею желание разрешиться и быть со Христом…» (Флп. 1:23). Об этих тайнах внутреннего восторга знала та невеста, которая говорила: «Брат мой посла руку свою сквозе скважню, и чрево мое вострепета от него» (Песн. 5:4)[2]. Ибо брат посылает руку свою через «скважню» тогда, когда Господь Своей силой побуждает душу нашу через тонкое вразумление. И чрево от соприкосновения с ней трепещет, потому что наша немощь сама смущается от своего восторга через то, что касается разумения Небесной радости, и душа наполняется страхом и радостью, потому что она уже чувствует, что любит принадлежащее Небесной радости, и еще боится, как бы не лишится того, что едва тонко чувствует. Итак, что нам остается, если не то, чтобы нам, знающим об этих радостях Небесного Отечества, направлять себя к течению усовершенствования жизни?



[1] И во внутренний двор есть ворота против ворот северных и восточных…

[2] Возлюбленный мой протянул руку свою сквозь скважину, и внутренность моя взволновалась от него.


Суббота, 10 февраля 2018 г.

Терзания любви к Богу всегда омывают сердце слезами

«Да лобзает он меня лобзанием уст своих!...» (Песн. 1:1).

Давайте представим перед нашим мысленным взором некую душу, усердно предающуюся исследованию Писаний и приобретающую мудрость посредством внешнего научения, которая сама горит желанием быть просвещенной Божественной благодатью, чтобы когда-нибудь мочь познавать Божественные смыслы внутри самой себя. Таким образом, она осознает, что пока ничего не может постичь без посредничества слов проповедников, и говорит: «Да лобзает он меня лобзанием уст своих!...». «Да прикоснется Он Сам ко мне внутренне, чтобы я могла познавать уже собственным разумением, а не голосами проповедников, и насладилась бы внутри себя прикосновением Его благодати». Словно поцелуем уст Своих Господь поцеловал пр. Моисея, когда открыл ему познание посредством свидетельства о Своей Отеческой милости. Поэтому и написано: «…если бывает у вас пророк Господень…во сне говорю с ним; но не так с рабом Моим Моисеем…устами к устам говорю Я с ним…» (Чис. 12:6-8). «Говорить устами к устам» – это словно целовать и прикасаться собственным умом к сокровенной мудрости. Далее следует:

«…Ибо лучше вина сосцы твои» (Песн. 1:1)[1]. Как прежде мы сказали, «сосцы» Божьи – это смиреннейшее проповедание Его воплощения. Мудрость же этого мира есть словно некое вино, ибо она опьяняет ум, потому что доводами разума показывает бессмысленность смирения. И, как будто, неким вином напиваются философы, когда, наполнившись силой мудрости этого мира, они нарушают законы внутренней нравственности. Церковь же презирает такую мудрость и смиреннейшим образом стремится к проповеданию воплощения Господня, становясь от того, что питается в немощности от Его плоти, несоизмеримо мудрее, чем этот мир, возвеличивающий сам себя посредством гордыни от ложного знания; и поэтому она говорит: «…Ибо лучше вина сосцы твои». То есть: «Самое смиренное проповедание Твоего воплощения превосходит превозносящуюся мудрость этого мира». Поэтому и написано: «…немудрое Божие премудрее человеков, и немощное Божие сильнее человеков» (1 Кор. 1:25).

Но, нам подчас представляется, что сами мудрецы этого мира стоят на стороне неких добродетелей (посмотри, ведь большинство из них имеют любовь, сохраняют кротость, ко всем оказывают внешнее почтение; но они являют эти добродетели так, чтобы угодить людям, а не Богу; но не добродетель то, что не стремится угодить Богу), ибо то, что они выставляют человеческому суду свою добрую славу, наполняет приятностью человеческое тщеславие. И эти добродетели мудрецов сравниваются с истинным благоуханием нашего Искупителя, сравниваются с истинными добродетелями, и поэтому да будет сказано так: «Благоухание мира твоего лучше всяческих ароматов» (Песн. 1:2)[2]. То есть: «Пламя Твоих добродетелей превосходит всякую красоту добродетелей мудрых этого мира, ибо, очевидно, что оно превосходит их вымышленные из истины понятия».

Итак, всякая душа, которая боится Бога, уже находится под Его ярмом, поскольку боится; но насколько каждый сам устремляется навстречу Богу, настолько он оставляет страх наказания и получает от Него милость. Давайте же представим перед нашим взором чью-либо душу, которая воспламенена непрерывным стремлением любви к лицезрению Жениха; и то, что она не может этого полностью осуществить в этой жизни, ощущая величие Того, Кого она желает созерцать, терзает ее саму силой любви. Само же терзание, возникающее посредством любви, воспламеняющееся из-за желания, есть словно некий поцелуй, ибо сколько раз душа целует Бога, столько раз терзается в Его любви. Есть многие, которые уже действительно боятся Господа, уже получают дар добрых дел, но пока еще не целуют Его, потому что совсем не терзаются Его любовью. Это хорошо показано на званном обеде фарисеем, который принял у себя Господа, но когда женщина поцеловала ноги Его, в своем сердце осудил Его, после чего услышал: «…видишь ли ты эту женщину? Я пришел в дом твой,… ты целования Мне не дал, а она, с тех пор как Я пришел, не перестает целовать у Меня ноги» (Лк. 7:44-45). Всякий, кто уже творит милостыню, кто совершает добрые дела, словно принимает Христа на званном обеде; ибо Христа питает тот, кто не прекращает содержать Его в своих членах. Но, если он еще не терзается любовью к Нему, то еще не целует Его ноги. Следовательно, женщина, которая целует, предпочитается пастырю, то есть перед раздающим свое внешнее богатство предпочтение оказывается тому, кто внутри своей души терзается пламенем любви в желании Господа. Ведь хорошо сказано: «…не перестает целовать у Меня ноги». Ибо не достаточно в любви к Богу потерзаться однажды и успокоиться, но такое терзание должно быть всегда и должно усиливаться. И эта женщина потому восхваляется, что не прекращала целовать, то есть нисколько не переставала терзаться. Потому и через пророка говорится: «Устройте день праздничный для приходящих во множестве вплоть до самого рога алтаря» (Пс. 117:27)[3]. «День праздничный для Господа» – это терзание нашего сердца. Но тогда устраивается день праздничный для приходящих во множестве, когда сердце постоянно доводится до слез из-за любви к Нему. Мы же словно говорим Ему: «Как долго мы будем переживать эти испытания? Как долго мы будем изнуряемы терзаниями?». И Он тут же указал на окончание того, до каких пор должно так делать, говоря: «…вплоть до самого рога алтаря». «Рог же алтаря» есть величие жертвы внутренней, и как только мы достигли ее, то никоим образом не должно, чтобы мы совершали праздничный день Господу с плачем. Следовательно, душа, которая уже желает терзаться любовью, которая уже стремится к созерцанию Жениха своего, говорит: «Да лобзает он меня лобзанием уст своих!...».


[1] На церковнославянском языке: …яко блага сосца твоя паче вина. Синодальный перевод: …Ибо ласки твои лучше вина.

[2] На церковнославянском языке: и воня мира твоего паче всех аромат… Синодальный перевод: От благовония мастей твоих… яковенко валентина

[3] На церковнославянском языке: …составите праздник во учащающих до рог олтаревых.

Синодальный перевод: …вяжите вервями жертву, ведите к рогам жертвенника.

 


 

Воскресенье, 11 февраля 2018 г.

Миро разлитое – имя Твое

«Да лобзает он меня лобзанием уст своих!...» (Песн. 1:1).

Можно рассмотреть эти слова и иначе: «Поцелуй уст Его есть само совершенство внутреннего мира, и, если мы его достигнем, то нам ничего не нужно будет более искать». Поэтому присоединяется: «…Ибо лучше вина сосцы твои» (Песн. 1:1)[1]. Вино есть познание Бога, которое мы приняли, находясь еще в этой жизни. Сосцы же Жениха мы тогда охватываем, когда созерцаем Его уже в вечном Отечестве, пребывая в Его присутствии. Следовательно, когда она говорит: «…лучше вина сосцы твои», она как бы утверждает: «Воистину велико познание, которое Ты мне открыл о Себе в этой жизни; прекрасно вино Твоего познания, которым Ты опьяняешь меня; но сосцы Твои лучше, чем это вино, когда посредством видения и высоты созерцания бывает превзойдено все то, что о Тебе мне стало известно посредством веры».

И «благоухание мира твоего лучше всяческих ароматов» (Песн. 1:2)[2]. Святая Церковь до тех пор имеет такие ароматы, пока она обладает добродетелью познания, добродетелью чистоты, добродетелью милосердия, добродетелью смирения, добродетелью любви. Ведь, если бы жизнь святых не имела благоухания ароматов, ап. Павел не сказал бы: «Ибо мы Христово благоухание Богу во всяком месте» (2 Кор. 2:15)[3]. Гораздо более превосходнейшее есть это помазание Бога, к которому мы всякий раз должны стремиться; гораздо более превосходнейшее есть благоухание в нашем сердце мира Божия, чем все ароматы наших добродетелей. И если уж они, воспринятые нами, так велики, насколько же лучше есть те добродетели, которые мы намереваемся принять от созерцания нашего Создателя. Поэтому душа, словно тяжело вздыхая, говорит: «Благоухание мира твоего лучше всяческих ароматов», т.е.: «То благое, которое Ты даруешь посредством созерцания, превосходит все дары добродетелей, дарованных мне в этой жизни».

Давайте скажем Церкви, скажем душе, столь любящей, столь терзающейся от любви к своему Жениху, откуда к ней пришло такое большое желание? Откуда она получила познание Его Божества? Но вот откуда, ибо она сама понимает и говорит: «Миро разлитое – имя твое» (Песн. 1:2)[4]. «Разлитое миро» – это Божество воплощенное. Ведь, если миро находится в небольшом сосуде, то и благоухание от него исходит менее, чем от мира разлитого, а благоухание от разлитого мира распространяется и наполняет все вокруг. Следовательно, имя Божие есть миро разлитое, потому что Он излил Себя во вне из безмерности Своего Божества на нашу природу, и из Того, Которое невидимо, явил Себя для нас видимым. Но, если бы Он не излил Себя, то никак не мог стать для нас настолько известным. Он излил Себя подобно «миру» и, оставаясь Богом, явил Себя Человеком. Об этом излиянии ап. Павел говорит: «Он, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба…» (Флп. 2:6-7). Там, где ап. Павел сказал: «уничижил», там царь Соломон сказал: «излил».

Итак, поскольку Господь сделался известным человеческому роду посредством смирения Своего воплощения, мы говорим Ему: «Миро разлитое – имя твое».


[1] На церковнославянском языке: …яко блага сосца твоя паче вина. Синодальный перевод: …Ибо ласки твои лучше вина.

[2] На церковнославянском языке: и воня мира твоего паче всех аромат… Синодальный перевод: От благовония мастей твоих…

[3] Ибо мы Христово благоухание Богу в спасаемых и в погибающих.

[4] На церковнославянском языке: …Миро излияное имя твое… Синодальный перевод: …имя твое - как разлитое миро…


Понедельник, 12 февраля 2018 г.

Последуем же за Господом с любовью и со страхом

«…Миро разлитое – имя твое. Потому девы возлюбили тебя» (Песн. 1:2)[1].

Что в данном отрывке могут означать эти «девы», если не души избранных, возрожденных через Таинство Крещения? Ибо мы разумеем, что жизнь во грехе относится к ветхому человеку, а жизнь в праведности – к новому. Следовательно, Он излил Себя во вне подобно «миру» и соделал «дев» пылающими от Своей любви, то есть возрожденные души наполнил пылающим желанием к Себе. В детском возрасте человек еще не готов для любви, а в старческом любовь уже отпылала. Ребенок – это тот, кто еще не познал в своей жизни пылкой страсти; старик – тот, кто, хотя и испытал ее, но уже охладел. Поэтому, в Господе не пылают и те, кто еще к Нему не приступил, и те, кто уже приступил, но успел остыть; оставив же в стороне как детскую, так и старческую жизни о «девах» говорится, что они бегут, то есть говорится о тех душах, которые находятся в самом пламени любви.

Однако, это же мы попытаемся понять и по-другому. Под юношеским возрастом можно разуметь чин ангелов, которые не побеждены немощью, ничем не превзойдены, чтобы ощутить в себе бессилие. Следовательно, когда говорится: «…Миро разлитое – имя твое. Потому девы возлюбили тебя»; можно понять: «так как Ты Своим воплощением излил во вне познание Самого Себя, то немощные в своей человеческой природе души становятся способными Тебя любить; а Небесные силы, всегда пребывающие в юношеском возрасте, любят Тебя даже там, где Ты не излит, поскольку они видят Тебя и там, где Ты пребываешь в состоянии Своего Божества». Итак, Ты позволяешь увидеть Себя Небесным чинам, сравнимым и с возрастами юношескими, без того, чтобы излить Себя, и Ты проливаешь Себя во вне ради людей так, что даже «девы», то есть немощные умы, могут любить Тебя. Далее следует:

«Влеки меня…» (Песн. 1:3)[2]. Всякий, кто увлекаем или из-за своей слабости, или без своего желания, увлекаем против своей воли. Но тот, кто говорит: «Влеки меня…», тот не имеет чего-то важного, которого он желает, и имеет нечто, что он иметь не желает. Человеческая природа желает следовать за Богом, но она покорена бессилием и не может следовать за Богом так, как должна. Итак, она видит в себе то, к чему хочет стремиться, но также видит, что в ней есть нечто иное, из-за которого она бессильна, и потому разумно говорит: «Влеки меня…». Словно желающим, но не имеющим сил увидел себя ап. Павел, когда сказал: «…я умом моим служу закону Божию, а плотию закону греха» (Рим. 7:25); и: «но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего…» (Рим. 7:23). Итак, поскольку в нас есть иное, которое нам мешает, иное, которое нас тяготит, то скажем: «Влеки меня…».

Слава Всемогущему Великому Богу, что я, даже находясь в таком сильном смятении, наполнен богатством Священного Слова и дышу беспрерывно вечной радостью. Я вижу выполненным в вас то, что было написано у отцов избранных: «…сыны Израилевы прошли по суше среди моря» (Исх. 15:19). И не вижу сказанного: «Я погряз…» (Пс. 68:3). Я вижу, что вы идете как по суше в обетованную землю посреди волн мирских дел. Поэтому, давайте славить Дух, который поднимает сердца, когда их заполняет, Который создает уединение в сознании людей изгнанных, и, в присутствии Которого, любое место становится благоприятным для души, чтобы чувствовать покаяние. Ибо вы вдыхаете ароматы вечной сладости и, следовательно, любите Жениха душой своей с таким пылом, что вы можете сказать Ему вместе с Небесной Невестой:

«Влеки меня! За тобой мы побежим в благоухание мира твоего…» (Песн. 1:3)[3].

Мы бежим в благоухание мира Божия, когда свыше облагодатствованны Его духовными дарами, и мы в любви с нетерпением ожидаем Его лицезрения. Должно нам быть известно, что когда люди следуют за Богом, то одни идут за Ним, другие бегут, а третьи бегут весьма сильно. За Богом некоторым образом идет тот, кто следует за Ним медленно; бежит тот, кто устремился с ревностью; во всю силу бежит тот, кто твердо следует. Действительно, сердце человека стало неподвижным и бесчувственным, чтобы следовать за Богом и не желало идти за Ним. Своим пришествием в мир Господь пробудил человеческий ум от состояния бесчувствия. Поэтому написано: «Он стал и поколебал землю…» (Авв. 3:6). Здесь же Он называется не «колебанием», а «бегом», потому что не даст нам возможности последовать за Ним, если мы не последуем за Ним во внутреннем желании сердца. И потом Он не даст нам бежать, если мы не захотим побежать очень сильно. Ап. Павел говорит: «…Так бегите, чтобы получить» (1 Кор. 9:24). Тем не менее, некоторые бегут слишком быстро и впадают в невежество, ибо они являются рассудительными, больше, чем необходимо, и Тому, Которому последовали, они уже предпочитают себя; и опираясь на свои силы, оставляют суды Того, Которому изначально последовали. Поэтому хорошо, что слова «давайте побежим» предваряются словами «за Тобой». Ибо те бегут за Богом, кто исследуют Его суды, Его волю предпочитают своей и стремятся прийти к Нему в добром рассуждении. Потому пророк, рассматривая волю Божию, говорит: «к Тебе прилепилась душа моя…» (Пс. 62:9). Потому ап. Петру, дающему совет, говорится: «Отойди от Меня, сатана!... потому что думаешь не о том, что Божие, но что человеческое» (Мф. 16:23). Потому совершенные души с очень большой осторожностью постигают суды Божии, и они надеются прийти к Нему не через свою косность, и не через невежественную нетерпимость. Итак, хорошо же говорится: «…За тобой мы побежим в благоухание мира твоего…», ибо «за Тобой мы бежим» тогда, когда последуем за Тобой с любовью и страхом, наблюдая, чтобы не опередить Твои Божественные суды.



[1] На церковнославянском языке: …Миро излияное имя твое: сего ради отроковицы возлюбиша тя. Синодальный перевод: …имя твое - как разлитое миро; поэтому девицы любят тебя.

[2] На церковнославянском языке: Привлекоша тя…

[3] На церковнославянском языке: Привлекоша тя: вслед тебе в воню мира твоего течем… Синодальный перевод: Влеки меня, мы побежим за тобою…

 

 


 

Вторник, 13 февраля 2018 г.

Смирение превосходит все богатство знания

«…Мы любим сосцы твои больше вина…» (Песн. 1:3)[1]. Есть многие, обладающие, по крайней мере, вином мудрости, но вместе с тем не имеющие познания смирения: знание делает их заносчивыми, так как не от него происходит любовь. Есть многие, кто могут постигать дары учения, дары духовной благодати, наполняясь вином знания: ибо дары духовной благодати есть словно некие «сосцы» на груди, которые таинственным образом доставляют и питают их сокрытыми духовными истечениями. Следовательно, «…Мы любим сосцы твои больше вина…»: потому что те, кто стремится к дарам Божественной благодати, без приписывания себе того, что они познают, и без превозношения над другими в мудрости, которую они приобрели, - выше тех, кто своей мудростью превозносится и гордится. Ведь лучше познавать смиренно, чем познавать без смирения и, воистину, познанием не является то познание, которое осуществляется без смирения. Поэтому «…Мы любим сосцы твои больше вина…», ибо могущие воспринимать духовные дары благодати превосходят тех, которые имеют знание, но не имеют в своем разуме даров от познания. Ведь ясно говорится: «…Мы любим сосцы твои больше вина…», потому что смирение выше знания. Знание – это вино, которое опьяняет, а совершенно опьяняет любовь к сосцам, которая призывает к постижению даров. «…Мы любим сосцы твои больше вина…», ибо смирение превосходит все богатство знания.

Он сказал: «…Праведные любят тебя» (Песн. 1:3)[2], как если бы он продолжил: «А неправедные все еще страшатся». «…Праведные любят тебя». Всякий же, совершающий добрые дела из-за страха, хотя в самом совершаемом деле праведен, но в своем желании не праведен: так как он желает, чтобы не произошло то, чего он страшится, если он откажется делать добрые дела. Тот же, кто совершает добрые дела по любви, и в самих делах, и в своем желании праведен. Для страшащихся сладость любви сокрыта. Поэтому написано: «Сколь велико множество сладости Твоей, Господи, которую Ты скрыл от страшащихся Тебя и которую приготовил тем, кто надеется на Тебя» (Пс. 30:20)[3]. Ибо сладость Божией любви неведома страшащимся Бога, она становится известной любящим Его. Итак, тот, кто будет стремиться быть праведным посредством любви, того любовь и будет совершенна: так что он да не будет страшиться грядущего Судии и не ужаснется всего того, что бы он ни услышал о вечных муках. Поэтому ап. Павел, в то время как говорил о пришествии Судии, в то время как рассуждал о наградах вечной жизни, говорил: «Которые приготовил Господь не только мне, но и всем тем, которые любят явление Его» (2 Тим. 4:8)[4]. Награды же вечные готовятся от Судии любящим; поэтому всякий, знающий, что совершает злые дела, страшится грядущего Судии; тот же, кто действительно от дел своих предчувствует награду, тот жаждет пришествия Судии.

Итак, награды готовятся ожидающим пришествия Божия и любящим Его явление. Поэтому те, кто от дел своих не ждут в вечности никакой награды, не ждут и пришествие Судии. Таким образом, вся уверенность праведности заключается в любви; и потому справедливо говорится: «…Праведные любят тебя».


[1] На церковнославянском языке: …возлюбим сосца твоя паче вина… Синодальный перевод: …превозносить ласки твои больше, нежели вино…

[2] На церковнославянском языке: … правость возлюби тя. Синодальный перевод: …достойно любят тебя!

[3] На церковнославянском языке: Коль многое множество благости твоея, Господи, юже скрыл еси боящымся тебе, соделал еси уповающым на тя, пред сыны человеческими. Синодальный перевод: Как много у Тебя благ, которые Ты хранишь для боящихся Тебя и которые приготовил уповающим на Тебя пред сынами человеческими!

[4] На церковнославянском языке: прочее убо соблюдается мне венец правды, егоже воздаст ми Господь в день он, праведный судия: не токмо же мне, но и всем возлюбльшым явление его. Синодальный перевод: а теперь готовится мне венец правды, который даст мне Господь, праведный Судия, в день оный; и не только мне, но и всем, возлюбившим явление Его.

 

 


 

 

 

Среда, 14 февраля 2018 г.

Душа ни о чем не должна заботиться больше, чем о познании самой себя

«Скажи мне, ты, которого любит душа моя: где пасешь ты? где отдыхаешь в полдень?...» (Песн. 1:6)[1].

В полдень солнце пылает ярче, чем в другое время. Всякий же, кто пылает в вере, пылает и в желании любви. И Жених, Который ниже называется «молодым олененком», в таких сердцах питается зеленой травой добродетелей, в таких сердцах Он отдыхает в полдень в пламени любви.

«Скажи мне, ты, которого любит душа моя: где пасешь ты? где отдыхаешь в полдень?...». «Так почему ты спрашиваешь, где Он пасет, где отдыхает?». Она открывает причину своего вопроса: «…Да не стану я скитаться вслед за стадами товарищей твоих» (Песн. 1:6)[2]. «Товарищи Бога» – это Его друзья, люди близкие к Нему, то есть все те, кто живут в добре. Но многие из них лишь по внешнему виду кажутся товарищами, на самом же деле ими не являются. Ибо многие учителя, когда призывали к ложному учению, казались товарищами, но оказались недругами. В то время, как учителями были Арий, Савелий, Монтан, они казались товарищами; но, когда они были сурово опровергнуты, они оказались недругами. Многие верующие души, когда прилепляются Слову Божию, в своих учителях любят то, в чем благодаря им могут преуспеть; и в этом стремлении они не могут относиться с недоверием к словам ложных учителей, и, зачастую, погибают из-за их слов. Сколь многочисленны люди, которые уверовали благодаря товарищам своим, но из-за того, что они последовали за ними, они заблудились среди этих стад товарищей! Потому да скажет она: «Скажи мне…: где пасешь ты? где отдыхаешь в полдень? Да не стану я скитаться вслед за стадами товарищей твоих». Это так же, как если бы она сказала: «Скажи мне в каких сердцах Ты истинно покоишься, чтобы я не стала скитаться вслед за стадами тех, которые представляются Твоими товарищами, то есть за теми, кто в гордости убеждены, что они близкие Твои, но на самом деле такими не являются». Все первосвященники, все учителя являются, хотя бы по своему внешнему образу, товарищами Божьими; в том же, что касается их жизни, многие из них оказываются не товарищами, а противниками Бога.

То же, что мы сказали о учителях, впавших в ереси, мы можем сказать и о православных, которые не ведут праведную жизнь. Ибо многие простые верующие в Церкви стремятся жить благочестиво, стремятся к праведности, но, наблюдая за жизнью первосвященников, которые стоят во главе; и, видя их не благочестивую жизнь, видя, что те, которые руководят, живут неправильно, то порой следуя за ними, сами впадают в заблуждение. Поэтому Церковь, словно устами тех простых верующих говорит: «Скажи мне, ты, которого любит душа моя: где пасешь ты? где отдыхаешь в полдень?...». «Покажи мне жизнь тех, которые воистину служат Тебе, чтобы я узнала, где Ты пасешь; покажи мне зеленую траву добродетелей, чтобы я узнала, где Ты отдыхаешь в полдень, то есть, где Ты покоишься в пламене любви; чтобы, в то время как я наблюдаю за стадами товарищей Твоих, я сама бы не стала скитаться, не зная чьим словам и учениям довериться». Итак, каждый слушающий, еще не утвержденный в вере, должен с осторожностью рассматривать то, чьему наставлению, чьим словам он должен верить, чьему учению он должен следовать. И вот как Жених отвечает Невесте:

«Если ты не знаешь этого, прекраснейшая из женщин, то иди себе по следам овец и паси козлят твоих подле шатров пастушеских» (Песн. 1:7)[3].

Душа каждого ни о чем не должна заботиться больше, чем о познании самой себя. Ибо тот, кто познает самого себя, понимает, что он сотворен по образу Божию. А если он сотворен по образу Божию, то не должен жить подобно бессловесным животным, предаваясь или сладострастию, или вожделению о вещах временных. Именно об этом человеческом невежестве сказано в другом месте [Писания]: «Человек, когда находился в чести, не понял этого, и соединился с неразумными животными и стал им подобен» (Пс. 48:13)[4]. Следы овец – это деяния народов, которые, насколько многочисленны, настолько и тяжелы, настолько и порочны. Поэтому Церкви говорится: «Если ты не знаешь этого, прекраснейшая из женщин, то иди себе по следам овец и паси козлят твоих подле шатров пастушеских». Он как бы говорит: «О ты, которая была безобразна в своем невежестве, посредством веры ты стала прекраснейшей душой». Он, очевидно, обращается к Церкви избранных: «Если ты не знаешь, что ты сотворена по образу Моему; то иди, то есть уходи. Если ты действительно не понимаешь, Кем Ты создана, то иди и скройся из вида Моего, направься по следам овец, последуй не Моему примеру, а примеру народов, «…и паси козлят твоих подле шатров пастушеских». Наши козлята – это плотские устремления, наши козлята – это непозволительные искушения. «…иди себе по следам овец…», то есть, отправляйся по стопам народов. «…и паси козлят твоих…», то есть, взращивай свои плотские устремления, взращивай уже не духовные способности, но плотские устремления. Но, если же Ты пасешь ягнят, то паси их близ шатров пастушеских, то есть в учении наставников, в учении апостолов, в учении пророков. Так, если ты действительно пасешь ягнят, то паси их подле шатров пастушеских, чтобы тебя [Церковь] называли христианкой по вере, а не по делам; потому что тебя будут видеть внутри шатров посредством веры, а не посредством дел». Поскольку, Ты, Господи, так упрекнул ее, так скажи же прямо: «Кобылице моей в колесницах фараоновых я уподобил тебя, возлюбленная моя» (Песн. 1:8)[5].



[1] На церковнославянском языке: Возвести ми, егоже возлюби душа моя, где пасеши? где почиваеши в полудне?...

[2] На церковнославянском языке: …да не когда буду яко облагающаяся над стады другов твоих.

Синодальный перевод: …к чему мне быть скиталицею возле стад товарищей твоих?

[3] На церковнославянском языке: Аще не увеси самую тебе, добрая в женах, изыди ты в пятах паств и паси козлища твоя у кущей пастырских.

[4] На церковнославянском языке: И человек в чести сый не разуме, приложися скотом несмысленным и уподобися им. Синодальный перевод: Но человек в чести не пребудет; он уподобится животным, которые погибают.

[5] На церковнославянском языке: Конем моим в колесницех фараоновых уподобих тя, ближняя моя. Синодальный перевод: Кобылице моей в колеснице фараоновой я уподобил тебя, возлюбленная моя.

 


Четверг, 15 февраля 2018 г.

О Божественном предопределении

«Кобылице моей в колесницах фараоновых я уподобил тебя, возлюбленная моя» (Песн. 1:8)[1].

Все, кто предаются сладострастию, гордости, корысти, ненависти, обману, до сих пор еще находятся в упряжке «колесницы фараоновой»: они словно некие кони в колеснице фараоновой, то есть находятся под управлением дьявола. Всякий же, кто пламенеет в смирении, в целомудрии, в учении, в любви, уже есть «избранный конь» нашего Творца, он уже поставлен в упряжку колесницы Бога, он уже Бога имеет своим всадником. Потому некоему, которым уже руководил Господь, говорится: «…Трудно тебе идти против рожна» (Деян. 9:5). Как если бы Он сказал: «Ты – мой конь, ты уже не можешь упорствовать против Меня, уже Я управляю тобой». О таких конях в другом месте говорится: «И Ты ввел в море коней Своих, приводящих в движение многие воды» (Авв. 3:15)[2]. Итак, Бог имеет колесницы, потому что он управляет душами святых, и посредством святых душ Он быстро проносится повсюду. Потому написано: «Колесниц Божиих тьмы, тысячи тысяч; среди их Господь…» (Пс. 67:18). И у фараона есть колесницы, но они потоплены в Красном море, подобно тому, как многие души, преображенные в крещении, совершенно изменены. Итак, Жених говорит: «Кобылице моей в колесницах фараоновых я уподобил тебя, возлюбленная моя». То есть: «Когда ты еще была в колесницах фараоновых, когда ты еще предавалась бесовским делам, Я уподобил тебя Моей кобылице, ибо Я внимаю тому, что увидел о тебе в предопределении; и уподобил тебя Моим коням». Ведь Бог еще видит многих, порабощающихся сладострастию, корысти, и все же здесь Он обращает внимание на то, что уже совершил о них в Своем тайном суде. Итак, Бог имеет «коней», но Он и видит, что пока еще многие Его кони принадлежат фараону.

Но, так как Он созерцает тайным судом, сокрытым предопределением тех, которые должны быть направлены к добру, то Он уже их рассматривает подобными Своим коням; ибо Он видит, что те, которые прежде служили в колеснице фараоновой, будут находиться в упряжке Его колесницы. Как же могут быть рассмотрены сокрытые суды? Ведь многие посредством проповедания, посредством мудрости, посредством целомудрия, посредством щедрости, вследствие долготерпения представляются «конями» Бога, но, однако, сокрытым судом Божьим они уподобляются «коням фараона»; и многие из-за корысти, вследствие гордости, из-за ненависти, сладострастия усматриваются конями фараона, но, однако, тайным судом Божиим они уподобляются коням Бога: ибо первых Он видит обращающимися от добра ко злу, а вторых Он видит возвращающимися от зла к добру. Итак, многие из-за строгости жизни, по виду своему представляющиеся конями Бога, вследствие лицемерного образа жизни, которому они следуют, являются конями фараона; подобным же образом многие, которые кажутся конями фараона, избраны Богом из-за своей святой жизни, которую они явят при своей кончине, и они уподобляются коням Бога. Поэтому, так утешает Жених Невесту, говоря: «Кобылице моей в колесницах фараоновых я уподобил тебя, возлюбленная моя». Иными словами: «Когда ты еще была подчинена и служила в упряжке колесниц фараона, и быстро бежала к порокам, Я знал, что совершил о Тебе в Моем предопределении. Кобылице Моей Я уподобил тебя, ибо Я обратил внимание на то, что ты подобна избранным Моим».


[1] На церковнославянском языке: Конем моим в колесницех фараоновых уподобих тя, ближняя моя. Синодальный перевод: Кобылице моей в колеснице фараоновой я уподобил тебя, возлюбленная моя.

[2] На церковнославянском языке: И навел еси на море кони твоя, смущающыя воды многи. Синодальный перевод: Ты с конями Твоими проложил путь по морю, через пучину великих вод.

 


Пятница, 16 февраля 2018 г.

Меч нашей души не становится острым, если его не оттачивает чужое нечестие

«Как лилия между тернами, так возлюбленная моя между девицами» (Песн. 2:2)[1].

В святой Церкви не может быть плохих людей без хороших и хороших людей без плохих. До тех пор, пока мы живем на земле, мы вынуждены идти по пути нынешнего века как бы вперемешку. Но мы разделяемся, когда подходим к началу следующей жизни. Ибо хорошие не могут находиться отдельно нигде, кроме как на Небе, и плохие нигде не могут быть отдельно, кроме как в аду. Но, так как эта жизнь, которая лежит между Небом и адом, доступна всем, она одинаково принимает граждан из обоих мест. Поэтому сейчас святая Церковь принимает их обоих без разбора, но когда они будут выходить из этой жизни, она будет делать между ними различия. Итак, если вы действительно хороший, до тех пор, пока вы пребываете в этой жизни, со спокойствием терпите плохих. Ибо тот, кто не выносит плохих по причине отсутствия терпения, свидетельствует против самого себя, что сам не является хорошим. Тот, кому Каин не досаждает лукавством, отказывается быть Авелем. Ведь и на токах зерна прижимаются плевелами, так же цветы поднимаются среди колючек и ароматные розы растут, несмотря на то, что шипы колют их.

Посмотрите, у первого человека сначала было два сына: один из них был избранный, другой был отверженный. Ковчег Ноя спас троих его сыновей: но в то время, как двое были тверды в своем смирении, один высмеял своего отца. У Авраама было два сына: один невинный, другой же был гонителем своего брата. У Исаака было два сына: один послушный и смиренный, а другой был отвержен еще до того, как родился. У Иакова было двенадцать сыновей: один из них был продан, будучи невинным, а остальные продали своего брата из зависти. Избраны были двенадцать апостолов, но один из них был вовлечен в предательство, чтобы другие были испытаны преследованием, чтобы не остаться неиспытанными. Апостолами было рукоположено семь диаконов: шесть из них остались стойкими в православной вере, а один пал как уклонившийся в нечестие.

Итак, братья, у нас есть дело: поразмышлять над примерами прошлых времен и укрепить себя в терпеливом несении тягот других людей. Ибо, если мы сыновья избранных, то их примеры учат нас, посредством чего мы должны двигаться вперед. В конце концов, никто из них не оказался бы хорошим, если бы отказался терпеть плохих. Разве похвально, что хорошему хорошо с хорошим, похвально, когда хорошему хорошо в терпении плохих. Не быть хорошим среди плохих является серьезным недостатком, а вот быть хорошим даже среди плохих заслуживает безграничной похвалы. Так, благословенный Иов утверждал о себе: «Я был братом драконов и другом страусов» (Иов 30:29)[2]. Ап. Петр превозносит Лота похвалами: потому что он был праведным среди отверженных: «И он спас праведного Лота, который был кощунственно угнетаем людьми беззаконного образа жизни. Лот был праведным в его зрении и слухе, живя среди тех, кто изо дня в день мучил его праведную душу своими беззаконными деяниями» (2 Петр. 2:7-8)[3]. Конечно же, он бы не мучился, если бы он не слышал и не видел нечестивые дела своих ближних. И все же он называется «праведным в его зрении и слухе», потому что, когда глаза и уши праведника воспринимали поведение неправедных, он не восторгался этим, а терпел это. Вот и блаженный Иов также сообщил нам, что жил в земле язычников среди неправедных людей, чем превосходство его добродетели может быть подчеркнуто, поскольку похвальна безмерно жизнь того, кто был хорошим среди плохих. Ибо вырос он (в соответствии с похвалой Жениха), как «лилия между тернами…». Поэтому ап. Павел так высоко ценил это и укреплял в добром поведении учеников: «…среди строптивого и развращенного рода, в котором вы сияете, как светила в мире» (Флп. 2:15).

Слушайте внимательно, дорогие братья! Теперь, когда мы размыслили об этих примерах, мы понимаем, что никто не хорош, если он не подвергается испытанию нечестием плохого. Тем не менее, мы жалуемся: «Почему не все, кто живет с нами, хороши?». Мы не хотим терпеть проступки наших ближних. Мы считаем, что каждый уже должен быть святым, и ничего не хотим терпеть от нашего соседа. Но должно стать ясно: до тех пор, пока мы не хотим терпеть плохого, мы сами не обладаем благостью. Ибо никто вовсе не совершенен, если он не может быть хорошим, находясь рядом с плохим. Если можно так сказать: «железный меч нашей души не становится острый как бритва, если чужое нечестие не оттачивает его».


[1] Что лилия между тернами, то возлюбленная моя между девицами.

[2] Я стал братом шакалам и другом страусам.

[3] а праведного Лота, утомленного обращением между людьми неистово развратными, избавил (ибо сей праведник, живя между ними, ежедневно мучился в праведной душе, видя и слыша дела беззаконные) -

 


 

Суббота, 17 февраля 2018 г.

Кому «Каин» не досаждает лукавством, тот не может стать «Авелем»

«Как лилия между тернами, так возлюбленная моя между девицами» (Песн. 2:2)[1].

Часто сетуя по поводу поведения наших ближних, и пытаясь перебраться куда-то, чтобы найти тихое место для жизни в большем спокойствии, мы, очевидно, не знаем о том, что если нет Духа, то никакое место в мире нам не поможет. Лот был праведником в Содоме, а согрешил, спасаясь на горе. То, что место не защищает ум, подтверждается тем фактом, что первенец человеческого рода пал, пребывая в Раю. Если бы место могло спасти, сатана не пал бы с Неба. Поэтому, и псалмопевец когда искал место, куда он мог бы бежать, не мог найти такое, которое было бы безопасно без Бога. Потому он и просил Бога, чтобы Он стал для него тем местом, которое он искал: «будь мне защищающим Богом и безопасным местом, чтобы Ты мог спасти меня» (Пс. 30:3)[2]. Итак, ближних мы должны терпеть везде, ибо, еще раз скажу: «тот, кому «Каин» не досаждает лукавством, не может стать «Авелем»».

Но есть одна причина, чтобы избегать плохой компании, если это возможно. Плохие бывают неисправимы, и их надо сторониться, чтобы они не соблазняли других подражать себе. Когда они не могут быть изменены, чтобы оставить свое нечестие, их надо сторониться, чтобы они не вводили в заблуждение тех, кто с ними связан. Вот почему ап. Павел сказал: «…худые сообщества развращают добрые нравы» (1 Кор. 15:33). И царь Соломон сказал: «Не дружись с гневливым и не сообщайся с человеком вспыльчивым, чтобы не научиться путям его и не навлечь петли на душу твою» (Притч. 22:24-25). И подобно тому, как люди сильные не должны бегать от своих злых соседей, потому что они часто побуждают их вернуться к праведности, и сами никогда не вовлекаются в их нечестие, так и слишком слабый должен отойти от компании плохих, чтобы они не заманили его в подражание их проступкам, которые он часто видит, но исправить не может. Итак, каждый день мы через слух принимаем слова наших соседей в наш ум, так же, как мы вдыхаем в себя воздух. И, как постоянное вдыхание испорченного воздуха заражает тело, точно так же постоянное слушание злой речи заражает души слабых, когда они томятся в непрестанном слушании злых речей, восторгающихся своими злыми делами. Но, когда грешники и развращенные окружают праведного и сильного человека, тогда, как в печи из руды и огня выплавляется золото, и нет другого пути добыть золото из руды. Таким образом, действительно праведны те, кто могут оставаться в благости, пребывая даже среди плохих.

«Я сижу под тенью того, кого я желаю» (Песн. 2:3)[3].

Слово «затмевает» в Священном Писании иногда используется для обозначения воплощения Господа, а иногда для облегчения ума от жара плотских мыслей. Следовательно, здесь термин «тень» подразумевает облегчение для сердца посредством защиты через получение Небесной благодати. Как сказал псалмопевец: «Защити меня в тени крыл Твоих» (Пс. 16:8)[4]. И вот, невеста, ожидая пришествия Жениха, делает это заявление: «Я сижу под тенью того, кого я желаю». Как будто невеста сказала: «Я отдыхаю под Его защитой от жары плотских желаний». Наши рассуждения не противоречат тому, что термин «затмевает» может означать воплощение Господа, как подтверждает послание ангела, который говорит благословенной Марии: «…сила Всевышнего осенит Тебя…» (Лк. 1:35). Ибо «тень» не появляется никаким другим способом, кроме как с помощью света, который соответственно падает на тело. И сила Всевышнего осеняет (затмевает) ее, потому что бестелесный Свет получает Тело в ее утробе. Благодаря этой «тени» она и получила в себе облегчение ума.

Ум каждого из избранных получает облегчение, когда в нем гаснет жар злых наклонностей, и остывает пламя плотских желаний. Поэтому святая Церковь, восхваляя Жениха, вопиет от радости: «Я сижу под тенью того, кого я желаю». Господь охлаждает в ней этот жар, когда дает обещание через пр. Исаию: «Вместо терновника вырастет кипарис; вместо крапивы возрастет мирт…» (Ис. 55:13). Ибо тогда «вместо терновника вырастает кипарис», когда в сердце святых, вместо низости земной мысли, поднимается вверх возвышенность Небесного созерцания. И мы знаем, что «крапива» по природе обжигает, а «мирт» имеет силу охлаждать. Поэтому, тогда «вместо крапивы возрастет мирт», когда умы праведных освобождаются от зуда и жара злых наклонностей к прохладе и тишине мысли, и они больше не ищут земных вещей и гасят пламя плоти посредством желания Небесного.


[1] Что лилия между тернами, то возлюбленная моя между девицами.

[2] На церковнославянском языке: …буди ми в Бога защитителя и в дом прибежища, еже спасти мя. Синодальный перевод: …Будь мне каменною твердынею, домом прибежища, чтобы спасти меня,

[3] На церковнославянском языке: …под сень его восхотех и седох… Синодальный перевод: …В тени ее люблю я сидеть…

[4] На церковнославянском языке: …в крове крилу твоею покрыеши мя. Синодальный перевод: …в тени крыл Твоих укрой меня

 


Воскресенье, 18 февраля 2018 г.

«…имею желание разрешиться и быть со Христом, потому что это несравненно лучше» (Флп. 1:23)

«Подкрепи меня цветами, окружи меня яблоками, ибо я изнемогаю от любви» (Песн. 2:5)[1].

Душа, пылко любящая своего Жениха, задерживаясь в настоящей жизни, и будучи отдаленной от Его взгляда на протяжении всей этой жизни, обычно получает единственное утешение, когда от ее слов другие души возгораются любовью к Небесному Жениху. Она печалится, потому что понимает, что отдалена от Него. Все, что она видит, заставляет ее грустить, потому что она до сих пор не видит Того, Кого жаждет увидеть. Но, даже когда пылающая в любви душа отдалена от Него, то, как я уже говорил, большое утешение для нее, если она собирает вместе вокруг себя других людей. Благодаря этому, Того, Кого она хотела раньше видеть сама, она увидит позже, будучи окружена многими другими. Поэтому Невеста говорит: «Подкрепи меня цветами, окружи меня яблоками, ибо я изнемогаю от любви». Ибо что такое «цветы», если не души, которые уже начинают делать добрые дела и благоухают Небесным желанием? И что такое «яблоки» из «цветов», если не души совершенных, кто уже добр, кто уже достигает плодов добродетелей, ранее избрав для себя святой образ жизни? Итак, та, которая «изнемогает от любви» стремится быть «укреплена цветами» и «окружена яблоками», потому что, несмотря на то, что ей до сих пор не позволено увидеть Того, Кого она желает, она получает великое утешение, находя радость в совершенствовании других. Таким образом, душа, которая «изнемогает от святой любви» становится «окружена цветами и яблоками» так, что она может найти утешение и отдых в добродетелях своих ближних, пока она по-прежнему не в состоянии созерцать лицо Бога.

Давайте посмотрим, какой была душа ап. Павла. Он говорит: «Ибо для меня жизнь - Христос, и смерть - приобретение» (Флп. 1:21). Если он считал, что для него жизнь была только Христос, а смерть была приобретение, то насколько была всеобъемлюще велика любовь, с которой он пристал к Всемогущему Богу. И далее он опять повторяет свою мысль: «…имею желание разрешиться и быть со Христом, потому что это несравненно лучше» (Флп. 1:23). Но, давайте теперь рассмотрим любовь, с которой тот, кто желает «разрешиться», «изнемогает». Ибо он понимает, что пока отдален от Него, но разве он не стремится быть «окружен цветами»? Ясно, что стремится к этому, ибо он говорит: «Но, остаться во плоти, нужнее для вас» (Флп. 1:24)[2]. И он говорит своим ученикам, ставшим на путь добродетели: «Ибо кто наша надежда, или радость, или венец славы? Разве это не вы ли пред Господом нашим Иисусом Христом?» (1 Фес. 2:19)[3].


[1] На церковнославянском языке: утвердите мя в мирех, положите мя во яблоцех: яко уязвлена (есмь) любовию аз. Синодальный перевод: Подкрепите меня вином, освежите меня яблоками, ибо я изнемогаю от любви.

[2] На церковнославянском языке: а еже пребывати во плоти, нужнейше (есть) вас ради. Синодальный перевод: а оставаться во плоти нужнее для вас.

[3] На церковнославянском языке: Кто бо нам упование или радость или венец похваления? Не и вы ли пред Господем нашим Иисус Христом во пришествии его? Синодальный перевод: Ибо кто наша надежда, или радость, или венец похвалы? Не и вы ли пред Господом нашим Иисусом Христом в пришествие Его?

 

 

 


Понедельник, 19 февраля 2018 г.

Каждая душа, ищущая Искупителя, находится сначала святыми отцами или учителями...

«На ложе моем ночь за ночью я искала его, которого любит душа моя; Я искала его, но не нашла его. Встану и обыщу весь город, на улицах и площадях я буду искать того, которого любит душа моя. Я искала его, но не нашла его. Нашли меня стражи, которые охраняют город. «Видели ли вы его, кого любит душа моя?». И когда я отошла немного от них, я нашла того, которого любит душа моя» (Песн. 3:1-4)[1].

Эти слова Невеста говорит от имени каждой души, проснувшейся в святом желании, оказавшейся пронзенной скрытыми стрелами святой любви. Мы должны знать, что в Священном Писании слова «одр», или «ложе», или «постель» обычно понимаются как тайная глубина сердца. Итак, возлюбленный ищется «на ложе» и «ночь за ночью», потому что в тайниках сердца появляется невидимый Творец, когда в тоске духа Его желают в глубине сердца.

Мы ищем любимого «на ложе», когда вздыхаем с желанием того, чтобы наш Искупитель даровал нам краткую передышку от нынешней жизни. Мы ищем Его «каждую ночь», потому что, несмотря на то, что наш ум желает Его, но наш «глаз» все еще затемнен. Тем не менее, Невеста «искала его», потому что каждая избранная душа жаждет увидеть Господа, уже хочет вознестись к Нему, уже стремится освободиться от тьмы настоящей жизни. Но, хотя она желает этого, пламенея любовью, ей до сих пор не позволено увидеть Того, Кого она любит, ибо отложенная во времени встреча может принести пользу любимому именно тем, что она отсрочена, потому что эта отсрочка усиливает внутреннее желание, которое охватит сердце еще большей радостью при долгожданной встрече с любимым. Таким образом, Жених не найден сразу, как только начаты были поиски, чтобы потом, когда Он будет найден, цена этого обретения была больше, а близость крепче. Ибо святые желания, когда они отсрочены, только увеличиваются, а, если они из-за этой отсрочки исчезают – это были не желания любви; потому что тот, кто истинно желает и не находит, ищет еще более пылко. Невеста удерживается на расстоянии, чтобы она не могла найти Его, и чтобы в один прекрасный день благодаря именно этой задержке, она обрела тысячекратно то, что искала. Пока же, когда она не находит своего возлюбленного, «она встает и обыскивает весь город», и это говорит нам о том, что она использует весь свой ум, чтобы пребывать в Его поиске внутри святой Церкви избранных. «Она ищет Его среди улиц и площадей», и это должно сказать нам о том, что она смотрит на идущих в узких и широких местах, ища и там любой Его след. Ибо и среди тех, кто ведет мирскую жизнь, есть некоторые, кто проявляет такую силу в своих действиях, которой следует подражать.

Итак, Невеста сначала ищет своего любимого, но не находит. И не найдя его, она затем удваивает свои усилия, говоря: «…Я искала его, но не нашла его…». Но, т.к. поиск не длится долго, если ищущий не спотыкается о препятствия, она добавляет: «…Нашли меня стражи, которые охраняют город…». Кого мы должны понимать под «стражами, охраняющими город», если не святых отцов и пророков, и учителей, которые посвятили себя тому, чтобы защитить нас, стоя на страже словами святой проповеди. Поэтому, ищущая Искупителя душа, сначала находится святыми отцами или внимательными учителями, которые являются стражами неповрежденности Церкви, и они идут навстречу душе, стремясь поддержать ее добрые начинания, и научить ее своими словами, делами и трудами. Но, когда Церковь ищет своего Искупителя, она всю свою надежду не возлагает на тех же отцов и учителей, поэтому говорит: «…И когда я отошла немного от них, я нашла того, которого любит душа моя». Ибо, наученная, она все же не смогла бы найти Его, если бы не была готова отойти от них. Так некоторые неверующие доверили себя стражам, которые считали, что Христос, Сын Божий, был одним из них. Но, с помощью веры и слов ап. Петра святая Церковь отошла от этих стражей, которых нашла, ибо отказалась верить, что Господь Пророков был одним из Пророков.

Итак, ум, который жаждет увидеть Его, все же не может найти Того, Кто находится над человечеством до тех пор, пока не отойдет от высокого достоинства Пророков, возвышения патриархов, значимости Апостолов, учителей, и других людей. Ибо наш Искупитель, несмотря на то, что Он жил смиренно, как простой человек среди людей, все же по причине Своей Божественности был выше человека. Итак, «отошла немного от них» означает увидеть даже тех, кем душа восхищается, как менее значимых по сравнению с Ним, и не пожелать возложить на них свою надежду. Возлюбленный найден, когда стражники пройдены, потому что, когда мы приходим к тому, чтобы видеть Пророков, Апостолов и учителей как уступающих Ему, тогда мы познали, что Тот, Кто есть Бог по Своей Природе, превосходит человеческие существа, и мы верим, что хотя Он и был человеком, в то же время, несравнимо превосходил человека.


[1] На ложе моем ночью искала я того, которого любит душа моя, искала его и не нашла его. Встану же я, пойду по городу, по улицам и площадям, и буду искать того, которого любит душа моя; искала я его и не нашла его. Встретили меня стражи, обходящие город: «не видали ли вы того, которого любит душа моя?». Но едва я отошла от них, как нашла того, которого любит душа моя…

 

 

 


Вторник, 20 февраля 2018 г.

Каждому должно не только знать слово Божие, но и поступать в соответствии с Ним

«Вот! Шестьдесят из самых доблестных мужчин Израиля окружили одр Соломона» (Песн. 3:7)[1].

Все святые принимают от Бога внутренний мир без какого-либо уменьшения их истинной ревности. К ним сказано через псалмопевца: «Будь сильным, и пусть ваше сердце мужается, все надеющиеся на Господа!» (Пс. 30:25)[2]. Ибо сила праведных в том, чтобы покорить свою плоть, чтобы удержать своеволие, чтобы уничтожить восторг от настоящей жизни: полюбить суровость сего мира ради обретения вечных наград, презреть прелести удачи, преодолеть в своем сердце страх невзгод; осознавая опасности мира, понимать необходимость терпения мирских невзгод для того, чтобы смириться, ожидая своего конца, чтобы осознавать, как преходяща настоящая жизнь, и по этим причинам отказаться от внешних заманчивых вещей, ради того, что при этом завоевывается внутри себя.

«Все держат мечи, и они очень искусны в военном деле…» (Песн. 3:8)[3].

Что обозначает «меч» в Священном Писании изложил ап. Павел, когда сказал: «…и меч духовный, который есть Слово Божие» (Еф. 6:17). Когда царь Соломон описал храбрецов как воинов духовной битвы, он не сказал: «У всех есть мечи», но сказал: «Все держат мечи», очевидно, потому, что замечательно не только знать Слово Божие, но и поступать в соответствии с Ним. В конце концов, меч есть, но его «не держат», когда кто-то знает Божественное Слово, но не прикладывает никаких усилий, чтобы жить в соответствии с Ним. И человек уже не может быть искусным в войне, если он не упражняется в использовании этого духовного меча, который у него есть. Ибо он совершенно не в состоянии противостать искушениям, если, живя плохой жизнью, он отказывается от того, чтобы «держать» меч Слова Божьего.

«…У каждого меч на бедре его ради страха ночного» (Песн. 3:8)[4].

Этот стих говорит о доблестных воинах Небесного Отечества. Ибо у них «меч на бедре» тогда, когда нечестивые желания плоти отсечены острой гранью святого слова. Меч находится на бедре, когда бдительная охрана воли подчиняет соблазны плоти. «Ночные страхи» суть скрытые ловушки искушения. Кроме того, понятие «ночь» относится к слепоте, которая характеризует наше немощное состояние. Ибо мы не способны видеть силы врага, которые угрожают нам в ночное время. Таким образом, «…У каждого меч на бедре его ради страха ночного», потому что святые люди, остерегаясь опасностей, которых они не видят, всегда находятся в состоянии готовности для отражения атаки. И, несмотря на то, что святые люди крепки в своей надежде, тем не менее, они всегда бдительны, с недоверием к спокойствию, ожидая искушения. Ведь, в конце концов, сказано: «Служите Господу со страхом и радуйтесь [пред Ним] с трепетом» (Пс. 2:11), и это означает то, что радость рождается от их надежды, а трепет – от страха пред Ним. Поэтому, чтобы «ночной страх», который, как мы сказали, означает внезапное и скрытое искушение, не застал нас врасплох, и «меч» мог защитить нас, мы всегда должны «держать меч на нашем бедре».


[1] На церковнославянском языке: Се, одр соломонь, шестьдесят сильных окрест его от сильных израилевых,

Синодальный перевод: Вот одр его - Соломона: шестьдесят сильных вокруг него, из сильных Израилевых.

[2] На церковнославянском языке: Мужайтеся, и да крепится сердце ваше, вси уповающии на Господа.

Синодальный перевод: Мужайтесь, и да укрепляется сердце ваше, все надеющиеся на Господа!

[3] На церковнославянском языке: вси имуще оружия, научени на брань… Синодальный перевод: Все они держат по мечу, опытны в бою…

[4] На церковнославянском языке: …муж, оружие его на бедре его от ужаса в нощех. Синодальный перевод: …у каждого меч при бедре его ради страха ночного.

 


Среда, 21 февраля 2018 г.

О Божественном утешении

«Царь Соломон сделал себе паланкин из дерев Ливанских. Он сделал столбцы его из серебра, сидение из золота, его лестницу пурпурного цвета, внутренность его убрана с любовью дщерями Иерусалимскими» (Песн. 3:9-10)[1].

Мы не должны сомневаться в том, что царь Соломон, царь такого величия, обладающий несметным количеством богатств так, что вес всего его золота не мог быть оценен, и во дни его жизни серебро считалось ничем, все же «…сделал себе паланкин из дерев…». Ибо здесь Невеста подразумевает, говоря о царе Соломоне, что именно наш Царь и наш Миротворец, «…сделал себе паланкин из дерев Ливанских…». Кедровая древесина Ливана является наименее тленной.

Итак, «паланкин нашего Царя» – это наша святая Церковь, построенная из нетленных душ наших сильных предков. Она по праву называется «паланкин», ибо каждый день перевозит души к вечному пристанищу ее Создателя. И «столбцы» этого паланкина сделаны «из серебра», потому что проповедники святой Церкви блистали блеском красноречия. А «сидения сделаны из золота» в дополнение к «столбцам из серебра», потому что, когда блестящие слова святых проповедников покоряют умы тех, кто их слышал, освещая внутренней ясностью умы, и оседая в них, находят там свое место. Ибо, когда они слышат ясные и простые слова истины, они приобретают покой, который пришелся им по сердцу. Итак, «…сделал столбцы его из серебра, сидение из золота…», потому что блеск их речи позволяет открыть успокоительную ясность в душе. И внутренняя яркость слова в настоящее время озаряет ее так, что, будучи внимательной, она сама находит покой так, что благодать проповеди уже не требуется. О той же святой Церкви написано: «Крылья голубицы покрыты серебром и ее тело - чистым золотом» (Пс 67:14)[2]. Ибо, будучи здесь наполнена духом кротости, она, как голубица, имеет «крылья», покрытые серебром, а на ее «теле» - чистое золото, потому что здесь она одаривает своих проповедников даром красноречия, чтобы потом являть собою яркость внутренней ясности.

В дополнение к этому откровению о внутренней ясности, описываются отдельные качества лестницы в том же паланкине: «…его лестницу пурпурного цвета…». Поскольку пурпурный цвет представляется нам как цвет крови, не несправедливо нам будет рассматривать его как представляющий нам кровь. Ибо величайшее множество верующих в начале Церкви, в ее младенчестве, достигли Царства посредством крови мученичества. Итак, наш Царь сделал «лестницу пурпурной» в Своем паланкине, потому что сначала человек обретал ясность внутреннего видения через испытания кровью.

Что же делать нам, несчастным, если мы лишены всякой силы? Смотрите, мы не можем быть «столбцами» в этом «паланкине», потому что не имеем ни силы, необходимой для работы, ни сияния проповеди. Мы не можем быть и «сидением из золота», потому что, мы через духовное понимание, до сих пор не воспринимаем большую часть слов, необходимых для внутренней ясности. Мы не «лестница пурпурная», потому что не в состоянии пролить кровь за нашего Искупителя. Итак, что должно быть сделано нами? Какая надежда нам останется, если никто не достигнет Царства, кроме тех, кто наделен самыми превосходными добродетелями?

Но есть утешение и для нас. Давайте любить Бога так сильно, как только сможем, давайте любить ближнего, и в то же время будем стремиться к «паланкину» Бога, ибо написано в том же месте: «…внутренность его убрана с любовью…». Имея любовь, без сомнения, и вы достигнете того места, где установлены «столбцы» из серебра и находятся «лестницы пурпурного цвета». Тем не менее, это было сказано по причине нашей немощи и это ясно показано, когда далее в том же месте добавлено: «…дщерями Иерусалимскими». А, поскольку, слово Божие не говорит «сыновья», а говорит «дочери», то что еще обозначено женским полом, если не слабость нашего ума? Таким образом, в этом отрывке говорится, что между «столбцами из серебра», «сиденьем из золота» и «лестницей пурпурного цвета» есть место и любви «дочерей Иерусалима». Ибо тем, кому не хватает сил на добродетели, если они не пренебрегают тем, чтобы сделать с любовью то хорошее, которое они могут, то они не чужды «паланкина» Бога.


[1] На церковнославянском языке: Одр сотвори себе царь соломон от древес ливанских. Столпы его сотвори сребряны и восклонение его злато: восход его багрян, внутрь его камение постлано, любовь от дщерей Иерусалимских. Синодальный перевод: Носильный одр сделал себе царь Соломон из дерев Ливанских; столпцы его сделал из серебра, локотники его из золота, седалище его из пурпуровой ткани; внутренность его убрана с любовью дщерями Иерусалимскими.

[2] На церковнославянском языке: …криле голубине посребрене, и междорамия ея в блещании злата: Синодальный перевод: …как голубица, которой крылья покрыты серебром, а перья чистым золотом:

 

 


Четверг, 22 февраля 2018 г.

«Рассмотрите и расспросите о путях древних, где путь добрый, и идите по нему» (Иер. 6:16)

«Два сосца твои – как два олененка косули, пасущиеся среди лилий, пока день осветит и тени отступят» (Песн. 4:5-6)[1].

Мы всегда должны, дорогие братья, размышлять о поведении праведника, чтобы мы могли приобрести точное осознание нашего собственного поведения. Все избранные Божии никогда не прекращают этого делать. Они размышляют над опытом жизни отцов и меняют в своем образе жизни то, что не соответствует им. Что здесь обозначено «двумя сосцами» Невесты, о которых говорит Жених, если не два народа, идущие от евреев и от язычников, которые входят в тело святой Церкви, прилагая собственные усилия к достижению мудрости в скрытых глубинах своих сердец? Избранные от этих народов сравниваются с «оленятами косули», потому что посредством своего смирения они пришли к пониманию того, что они на самом деле незначительны и греховны. И, если они сталкиваются с временными препятствиями, обременяющими их, то, подгоняемые любовью, они преодолевают их как бы прыжками созерцания, от земного поднимаясь к Небесному.

Для того, чтобы внутренне их совершать, они размышляют о жизни святых, которые им предшествовали. Поэтому здесь и говорится, что они пасутся среди лилий. Ибо, что обозначено словом «лилии», если не поведение тех, о ком действительно можно сказать: «мы Христово благоухание Богу…» (2 Кор. 2:15)? Итак, избранные, для того, чтобы получить силу следовать за ними в самые высокие области созерцания, полностью заполняют себя их примерами, размышляя над благоуханным и чистым поведением праведных. Ибо даже в настоящее время они жаждут видеть Бога. Уже сейчас они сгорают от любви, чтобы потом быть в состоянии полностью насытиться Его созерцанием. Итак, пока они помещены в этой жизни, и все еще не в состоянии делать это, они питаются примерами жизни отцов, предшествовавших им.

Поэтому, даже сам этот стих указывает на ограничение во времени, когда именно они «пасутся среди лилий»: «…пока день осветит и тени отступят». Ибо мы должны подпитываться примерами праведников лишь до тех пор, пока мы сами не покинем пределы тени нашей нынешней смертности, пока не засияет вечный день. В конце концов, когда тень этого преходящего времени отступит и пройдет смертное состояние, тогда мы увидим внутренний свет дня, и не будем больше стремиться воспламеняться любовью через примеры других. Но сейчас, пока мы до сих пор не в состоянии смотреть на Него, мы особенно должны пробудиться к ревности праведной жизни, благодаря размышлениям о деяниях тех, кто в совершенстве следовал за Ним.

Итак, давайте вместе узрим красоту рвения тех, кто следует этим путем, и давайте увидим бесчестие лени ленивого. Ибо, как только мы задумываемся о подвигах тех, кто живет праведной жизнью, мы, глубоко устыдившись, осуждаем себя. Вскоре чувство стыда одолевает наш ум и по праву налагает на нас суровые обвинения, и мы катастрофически становимся недовольны нашим позорным поведением, которое ранее, возможно, мы считали счастливой и радостной жизнью. Поэтому те, кто желает подняться до самых высот добродетелей, всегда должны обращать пристальное внимание на путь лучших братьев, чтобы быть в состоянии судить о своих недостатках тем более строго, чем более глубокомысленно они видят в других то, что поистине достойно восхищения.


[1] На церковнославянском языке: Два сосца твоя яко два млада близнца серны, пасомая во кринах, дондеже дхнет день, и подвигнутся сени… Синодальный перевод: два сосца твои - как двойни молодой серны, пасущиеся между лилиями. Доколе день дышит прохладою, и убегают тени…

 


 

Пятница, 23 февраля 2018 г.

И открыв сокровища свои принесли Ему дары: любовь, молитву и воздержание (см. Мф. 2:11)

«С моих рук капает мирра, мои пальцы погружаются в лучшую мирру» (Песн. 5:5)[1].

Здесь Святая Церковь говорит о своих тружениках, которые борются во имя Бога даже до смерти. Ибо «мирра» обозначает собой умерщвление нашей плоти. Евангелист пишет об этом, говоря о волхвах, которые пришли с востока в Вифлеем, чтобы поклониться Господу: «…и, открыв сокровища свои, принесли Ему дары: золото, ладан и смирну» (Мф. 2:11). Мы тоже предлагаем Ему «мирру», если воздержанием умерщвляем пороки нашей плоти. Ибо, как мы уже ранее говорили, мирра предназначена защищать мертвую плоть от тления. Гниение мертвой плоти есть порабощение этого смертного тела тлением, вызванное самопрощением, как сказано через пророка о некоторых людях: «звери истлели в своем собственном навозе» (Иоил. 1:17)[2]. Ибо «звери, которые истлели в своем собственном навозе» – это плотские люди, которые заканчивают свою жизнь в вони самоснисходительности. Поэтому, мы предлагаем Богу «мирру», когда самоограничением в потакании себе удерживаем это смертное тело свободным от гниения.

«Моя душа таяла, когда мой возлюбленный говорил» (Песн. 5:6)[3].

Душа человека, который не стремится к лицезрению своего Творца, очень тверда, она находится как бы в замороженном состоянии. Но, когда ее вдруг касается дыхание скрытой тайны, она теряет свою твердость и «тает» от самого желания, которое охватывает ее. И, если в настоящее время она начинает сгорать от желания следовать за Тем, Кого она любит, «тая» от огня любви, то она к Нему устремляется. И, чем больше остывает ее рвение к миру, тем более пылко поднимается в ней любовь к Богу. Она переполняется желанием и пренебрегает всеми мирскими вещами, которые обычно доставляли ей удовольствие. Ничто, кроме ее Творца, больше не радует ее. То, что ранее приводило душу в восторг, теперь становится тяжким бременем. Ничто не утешает ее горе до тех пор, пока она не сможет созерцать Того, Кого жаждет. Ее разум в печали, сам здешний свет является утомительным для нее, но любовь раскаленным огнем выжигает ржавчину греха в ее сознании. Душа очищается подобно золоту, которое от использования потеряло свой блеск, но посредством огня восстанавливает свою яркость.

«Я искала, но не нашла его; Я звала, но он не дал мне ответа. Стражи, патрулирующие город, нашли меня. Они били меня. Они ранили меня. Стерегущие стены забрали мой плащ у меня» (Песн. 5:7)[4].

Невеста «не находит его», когда ищет, потому что хотя избранная душа уже горит огнем любви к Нему, но ей до сих пор отказано видеть Того, Кого она ищет, чтобы более усилить в ней желание любви. Это подобно тому, как если бы вода была забрана у испытывающего жажду, чтобы, собственно, увеличилась сама жажда; ибо, чем дольше человек жаждет воды, когда хочет пить, тем более жадно он пьет, когда ее получает. И сторожа «нашли ее, и ранили ее, и забрали ее плащ», потому что, когда святые учителя считают, что какая-либо душа уже ищет Искупителя, тогда они еще больше через слово проповеди «ранят ее» стрелами Небесной любви. А если она еще покрыта чем-либо из ее старого образа жизни, они «отнимают это», ибо чем более она будет удалена от бремени этого мира, тем быстрее сможет найти того, кого ищет.



[1] На церковнославянском языке: …руце мои искапаша смирну, персты мои смирны полны на руках заключения.

Синодальный перевод: …с рук моих капала мирра, и с перстов моих мирра капала на ручки замка.

[2] На церковнославянском языке: Вскочиша юницы у яслей своих, погибоша сокровища…

Синодальный перевод: Истлели зерна под глыбами своими…

[3] На церковнославянском языке: …Душа моя изыде в слово его… Синодальный перевод: …Души во мне не стало, когда он говорил…

[4] На церковнославянском языке: Обретоша мя стражие обходящии во граде: биша мя, язвиша мя, взяша верхнюю ризу от мене стражие стеннии. Синодальный перевод: Встретили меня стражи, обходящие город, избили меня, изранили меня; сняли с меня покрывало стерегущие стены.


 

Суббота, 24 февраля 2018 г.

Праведное намерение – основание доброго дела

«Давай рано встанем, чтобы идти на виноградники. Давай посмотрим, распустилась ли виноградная лоза, раскрылись ли почки, расцвели ли плоды» (Песн. 7:12)[1].

Виноградники «распускаются», когда умы верных замышляют добрые дела. Но они не дадут плодов, если, оказавшись побежденными ложными мыслями, они не верно двигаются в осуществлении намеченных дел. Поэтому, нам необходимо уже смотреть не на то, распустились ли виноградные лозы, но на то, есть ли на них достаточно сильные почки, чтобы произвести плоды. Особо нечем восхищаться, если кто-то начинает добрые дела, но действительно достойно восхищения то, что кто-то долговременно усиленно трудится в добром деле, сохраняя правильное намерение. Ибо, как правило, происходит то, что, если в длительном процессе хорошей работы не сохраняется правильное намерение, то сама эта работа, которая задумывалась хорошей, перестает быть такой.

Кроме того, нам необходимо задуматься, как может быть испорчена виноградная лоза, когда она впервые дает почки. Если в зародыше лоза подвергается воздействию чрезмерного холода из-за изменений в воздухе, то вся влага, что придает ей свежесть, немедленно высасывается из нее. Так, есть те, кто, отправляется в путь вдоль худых дорог, стремясь преследовать святые пути, прежде, чем праведные желания смогли обрести в них силу, тогда некоторая удача нынешнего века приходит к ним и опутывает их успехами внешних дел. И, когда этот успех изолирует их ум от тепла внутренней любви, которая гаснет как бы от холода, это также убивает всякую силу «почек», которые, казалось, в них появляются. Ибо душа в земных делах растет очень «холодной», если она предварительно не была усилена внутренними дарами.

Поэтому важно, чтобы на ответственные управленческие посты или посты, связанные с большим объемом внешних дел, помогающих удовлетворить нужды ближних, принимались только те, кто приобрели внутренние добродетели, и знают, как правильно оценивать эти дела, и как не быть самим порабощенными ими. Поскольку любой слабый человек, призванный либо на место руководителя или для выполнения внешних дел, будет уничтожен, поскольку он был поднят выше своих возможностей. Даже дерево, которое не пустило еще глубокие корни, быстро вырывается порывом ветра, если оно слишком высоко подняло себя; ибо, чем выше такое дерево растет вверх, не имея крепких корней, тем быстрее оно падает на землю.

Но, иногда бывает, наоборот, не так холодно, чтобы лоза высохла в зародыше, а приходит крайне жаркая погода и почка погибает, т.е. зародыш плода засыхает, если лоза подвергалась воздействию высоких температур. Это, прежде всего, касается тех, кто пришел к добрым делам без правильного намерения, и когда они понимают, что заслуживают одобрение других, они поглощаются горящим желанием делать их в угоду им. Несмотря на то, что это создает им крайнее внутреннее беспокойство, они хотят делать то, что будет пользоваться одобрением в глазах других людей и становятся пылкими, как будто для священного делания. Что же тогда к ним пришло, когда жажда человеческой похвалы отдалила их от созревания плодов, если не «жаркая погода», которая убивает «почку»? Знайте же, что такие вещи всегда случаются с теми, кто не следует за Богом с чистым и неделимым рвением.



[1] На церковнославянском языке: ураним в винограды, увидим аще процвете виноград, процветоша ли овощие, процветоша ли яблока?... Синодальный перевод: поутру пойдем в виноградники, посмотрим, распустилась ли виноградная лоза, раскрылись ли почки, расцвели ли гранатовые яблоки… (Песн. 7:13).


 

Воскресенье, 25 февраля 2018 г.

Да лобзает Он меня лобзанием уст Своих

«Да лобзает он меня лобзанием уст своих!...» (Песн. 1:1).

Святая Церковь, давно ожидающая пришествия Господа, давно жаждущая Источника жизни, заявляет о том, каким образом она хочет и желает видеть присутствие Жениха своего, говоря: «Да лобзает он меня лобзанием уст своих!...». Господь послал к ней ангелов, патриархов и пророков, обладающих духовными дарами, но сами дары она хотела получить не через рабов Жениха, но через Самого Жениха. Давайте же представим перед нашим взором весь человеческий род от начала мира вплоть до его конца, то есть всю Церковь, которая есть единственная Невеста, получившая через Закон залоги посредством духовного дара; но, однако, присутствия Жениха своего искала та, которая говорит: «Да лобзает он меня лобзанием уст своих!...». Воздыхая же о пришествии Посредника Бога и людей, о пришествии Искупителя своего, Святая Церковь совершает молитву к Отцу, чтобы Он направил Сына и освятил бы ее Своим присутствием, чтобы к самой Церкви Он обратился бы с речью уже не через пророков, но Своими устами. Поэтому об этом Женихе написано в Евангелии, что Он сидит на горе и произносит слова высочайших наставлений: «И Он, отверзши уста Свои, учил их, говоря» (Мф. 5:2). Как если бы прямо было сказано: «Тогда открыл уста Свои Тот, Который прежде открыл уста пороков для ободрения Церкви».

И посмотрите, как она как по отсутствующему вздыхает, когда ищет Его, но внезапно осознает Его присутствие! Ибо благодать нашего Создателя имеет такую ​​силу, что, когда мы говорим о Нем, когда ищем Его, мы уже наслаждаемся Его присутствием. Поэтому в Евангелии написано, что, когда Клеопа и его товарищ обсуждали по дороге события с Ним происшедшие (см. Лк. 24:18 и далее), им было дано внезапно увидеть Его. Итак, когда святая Церковь просит, чтобы ее все еще отсутствующий Супруг воплотился, внезапно она осознает Его присутствие и добавляет:

«…Ибо лучше вина сосцы твои. Благоухание мира твоего лучше всяческих ароматов…» (Песн. 1:1-2)[1].

«Вино» – это знание Закона, знание пророков. Но, когда пришел Господь, чтобы проповедовать Свою мудрость посредством плоти, Он передал ее нам, как молоко из Своей груди. Ибо, будучи совершенно неспособными охватить Его мудрость в Его Божественности, мы можем воспринимать ее через Его Воплощение. Поэтому справедливо восхвалить «сосцы». Ибо, снизив Свою проповедь до нашего уровня восприятия, Он произвел в наших сердцах то, что совершенно не удавалось сделать преподаванием Закона. В конце концов, проповедь Воплощения питает нас больше, чем учение Закона. Поэтому да скажет она: «…Ибо лучше вина сосцы твои…».

Еще раз подтверждая это, Она добавляет: «…Благоухание мира твоего лучше всяческих ароматов…». Миро Господа это добродетели; миро Господа есть Святой Дух, о Котором через пророка говорится: «…помазал Тебя, Боже, Бог Твой елеем радости более соучастников Твоих» (Пс. 44:8). Этим елеем Он помазан тогда, когда воплотился; ибо прежде должен был возникнуть человек, который потом принял бы Святого Духа; но, так как посредством Святого Духа Он и воплотился, то помазан тем же елеем в то же самое время, когда был создан человеком. Итак, «благоухание мира Его» есть огонь Святого Духа, Который из Него исходя, в Нем пребывает. «Благоухание мира Его» есть огонь добродетелей, пребывающих в Нем. Церковь же имела «благовония», потому что получила множество даров Святого Духа, чтобы в доме Бога, то есть в собрании святых, они издавали благоухание доброй славы и возвещали о приятности будущего Посредника. Но, «…Благоухание мира твоего лучше всяческих ароматов…», потому что пламя от добродетелей Жениха, засиявшее посредством Его воплощения, преодолело установления Закона, которые были дарованы Женихом в виде задатка. Насколько более славной для познания Бога стала Церковь, настолько она удостоилась быть прославленной красотой великолепнейшего видения: «Кто эта, блистающая, как заря…» (Песн. 6:10). «Ароматы» Закона были поданы через ангелов, это же «миро» дано в пришествии Его.

Итак, потому что славой пришествия Его превзойдено все доброе Закона, которое на то время считалось возвышеннейшим, то правильно говорится: «…Благоухание мира твоего лучше всяческих ароматов…».



[1] На церковнославянском языке: …яко блага сосца твоя паче вина, и воня мира твоего паче всех аромат… Синодальный перевод: …Ибо ласки твои лучше вина. От благовония мастей твоих…

 


 

Понедельник, 26 февраля 2018 г.

В Церкви крепкие мужи достигают совершенства, а слабые полагают надежду на прощение грехов

«…Царь ввел меня в чертог свой, - будем восхищаться и радоваться тобою…» (Песн. 1:3)[1]. Церковь Божия подобна некоему дому Царя. И этот дом имеет дверь, имеет обеденный зал, имеет чертоги. Всякий, находящийся внутри Церкви и обладающий верой, уже вошел в дверь этого дома, потому что, как дверь открывает доступ ко всему остальному в доме, так и вера является дверью к остальным добродетелям. Всякий, кто внутри Церкви имеет надежду, уже поднимается по лестнице дома; ибо надежда так возвышает сердце, что оно устремляется к Небесному и покидает все, находящееся внизу. Всякий, уже живущий в этом доме, имеет такую любовь, как будто находится в обеденном зале, ибо его любовь так широка, что простирается даже до любви к врагам. И всякий, кто находится в Церкви, тот уже постигает высокие тайны, уже созерцает сокрытые суды, словно он вошел в чертоги. О двери этого дома некто сказал: «Отворите мне врата правды; войду в них, прославлю Господа» (Пс. 117:19). О лестнице надежды он же сказал: «Лестницу в сердце своем поставил» (Пс. 83:6)[2]. О широком обеденном зале этого дома говорится: «…Твоя заповедь безмерно обширна» (Пс. 118:96), ибо Его заповеди глубоко раскрывают обширность любви. О чертогах царских говорил тот, кто сказал: «…есть на Небесах Бог, открывающий тайны…» (Дан. 2:28). И другой, который в другом месте сказал: «…и слышал неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать» (2 Кор. 12:4). Итак, во-первых, вход в этот дом – это дверь веры; во-вторых, продвижение по нему – это лестница надежды; в-третьих, хождение по обеденному залу – это широта любви; в-четвертых, вхождение в чертоги – это уже совершенство любви для постижения тайн Божиих. Следовательно, в своих совершенных членах, в святых учителях, в тех, которые уже наполнены и укоренены в тайнах Божиих, Церковь свята, и потому что она достигла великих тайн и все дальше проникает в них, находясь еще в этой жизни, она говорит: «…Царь ввел меня в чертог свой…». Ибо через пророков, через апостолов, через учителей, которые, пребывая еще в этой жизни, уже проникают в величественные тайны жизни иной, Церковь вошла в «чертоги» Царя.

И тщательно должно быть рассмотрено то, что она не говорит «в чертог Жениха», но в «чертог Царя». Называя Его Царем, она хочет показать благоговение к тайнам, ибо насколько более величественен этот чертог, настолько должно быть более велико благоговение к тем тайнам, к которым позволяется приступить вводимому туда человеку. Следовательно, тому, кто познает тайны Божии, кто исследует сокрытые суды Его, кто возвышается к величественному созерцанию, тому, чтобы он не превозносился и не впадал бы в гордость, говорится, что он входит в чертог Царя. Итак, настолько сильнее Ему оказано благоговение, насколько глубже душа вводится в познание Его тайн, чтобы любой преуспевающий в этом, уже возвышенный благодатью и достигший величественных тайн, внимательно поразмыслил бы над самим собой и от своего преуспеяния смирился еще больше. Поэтому пр. Иезекииль, всякий раз, когда возводится к величественному, которое должно быть им созерцаемо, называется «сыном человеческим», и ему как бы говорится: «Посмотри на то, что ты есть, и не превозносись от увиденного, к которому ты вознесешься».

В Церкви немногими эти величественные и сокрытые суды Божии исследуются и постигаются. Однако, пока мы видим, что сильные мужи могут достигать столь большой премудрости до такой степени, что созерцают в своих сердцах тайны Божии, мы, малые, давайте будем иметь надежду на то, что когда-нибудь мы достигнем прощения, а когда-нибудь и самой благодати. Поэтому далее говорится словами дев: «…будем восхищаться и радоваться тобою…». То есть пока Церковь в Ее совершенных членах уже вводится в чертоги Царя, девы [то есть немощные души] надеются участвовать в радости; ибо пока сильные мужи достигают величественного созерцания, слабые полагают надежду на прощение грехов.

«…Царь ввел меня в чертог свой, - будем восхищаться и радоваться тобою. Мы любим сосцы твои больше вина. Праведные любят тебя» (Песн. 1:3)[3]. Итак, Жених, который также называется Царем по причине благоговения к Нему, имеет «сосцы». Он имеет «сосцы», и они есть святые мужи, которые присоединены к Нему своим сердцем. Сосцы находятся на груди, и предназначены питать внутренней пищей тех, кто нуждается извне. Здесь же «сосцы Жениха» – это святые мужи, которые выводят внутреннюю пищу и питают внешних. «Сосцы» Его есть апостолы, «сосцы» Его есть все проповедники Церкви. Вино же, как мы сказали прежде, было в пророках, вино было в Законе; но, так как через Апостолов были даны более величественные заповеди, по сравнению с теми, которые были даны через пророков, то поэтому правильно говорится: «…Мы любим сосцы твои больше вина…», ибо те, кто могут выполнять заповеданное в Новом Завете, несомненно превосходят древнее познание Закона.


[1] На церковнославянском языке: … Введе мя царь в ложницу свою: возрадуемся и возвеселимся о тебе,…

Синодальный перевод: …царь ввел меня в чертоги свои, - будем восхищаться и радоваться тобою,…

[2] На церковнославянском языке: …восхождения в сердцы своем положи. Синодальный перевод: …у которого в сердце стези направлены к Тебе.

[3] На церковнославянском языке: …Введе мя царь в ложницу свою: возрадуемся и возвеселимся о тебе, возлюбим сосца твоя паче вина: правость возлюби тя. Синодальный перевод: …царь ввел меня в чертоги свои, - будем восхищаться и радоваться тобою, превозносить ласки твои больше, нежели вино; достойно любят тебя!

 


Вторник, 27 февраля 2018 г.

Мы тем сильнее познаем, что мы грешники, чем ближе Его благодатью приближаемся к Нему

«Дщери Иерусалимские! черна я, но красива, как шатры Кидарские, как кожи Соломоновы. Не смотрите на меня, что я смугла; ибо солнце опалило меня…» (Песн. 1:4-5)[1]. Мы знаем, что при зарождении Церкви, в то время, когда была проповедана благодать нашего Искупителя, одни из Иудеи поверили этому, другие же не поверили; и те, которые поверили, были отделены от неуверовавших и подверглись преследованию, как будто для них было определено удалиться на путь язычников. Поэтому Церковь обращается к тем, кто еще не обращены, провозглашая пришествие Его: «Дщери Иерусалимские! черна я, но красива…». «Черна я по вашему суду, но красива через явление благодати». Как черна? «…как шатры Кидарские…». Кедар переводится «мрак», ибо Кедар родился вторым в роде Измаила; а Кидарские шатры стали принадлежать Исаву. Как черна? «…как шатры Кидарские…», потому что по вашему суду я осуждена подобно язычникам, то есть наподобие грешников. Как красива? «…как кожи Соломоновы…». Здесь указывается на то, что когда царь Соломон построил Храм, то все сосуды Храма покрыл красивыми кожами. И, разумеется, кожи Соломоновы должны были быть красивыми, чтобы быть подходящими для украшения Скинии. Ведь если они находились в Скинии, то должны были быть красивыми для служения царю. А, так как Соломон означает «примиряющий», то мы должны понять, что речь идет об истинном «Соломоне». Итак, все же души, прилепляющиеся к Богу, изнуряющие самих себя и обращающиеся на служение Царю мира, есть кожи Соломоновы. «Я же, воистину, по суду вашему как шатры Кидарские, словно я осуждена удалиться на путь язычников; но, согласно истине, я как кожи Соломоновы, потому что я прилагаю все свои силы на служение Царю».

«…Не смотрите на меня, что я смугла; ибо солнце опалило меня…». Одна часть людей, которая не уверовала во Христа, считала грешной другую часть, которая уверовала. Но да скажет другая часть: «…Не смотрите на меня, что я смугла; ибо солнце опалило меня…». «Солнце, Сам Господь, Сам Грядущий опалил меня». Своими заповедями Он показал, что она не была столь красива, когда исполняла предписания Закона. Солнце к тому, к кому оно сильно прикасается своими лучами, того опаляет. Так и Господь, приходя, опаляет того, к которому сильно прикасается Своей благодатью: ибо, чем мы ближе приближаемся к Нему посредством благодати, тем сильнее познаем, что мы – грешники. Давайте посмотрим на ап. Павла, приходящего из Иудеи, опаленного Солнцем, который говорит: «Если же, ища оправдания во Христе, мы и сами оказались грешниками…» (Гал. 2:17). Видите, кто находит себя во Христе грешником, находит себя опаленным Солнцем.

Но вот, та часть из Иудеи, которая уверовала, преследовалась неуверовавшими иудеями, подвергаясь от них многим мучениям. Поэтому далее говорится:

«…Сыновья матери моей боролись против меня…» (Песн. 1:5)[2]. Ибо сыновья синагоги, которые остались в неверии, вели войну, преследуя уверовавших из синагоги.

Но, в то время как та часть из иудеев, которая пришла к вере, подверглась гонениям, она удалилась на проповедь к язычникам. Поэтому далее говорится: «…Поставили меня сторожем в виноградниках, - моего виноградника я не уберегла» (Песн. 1:5)[3]. «Потому что, в то время как те, которые находятся в Иудее, преследуют меня, они сделали меня сторожем в Церквях. «Моего виноградника я не уберегла», ибо я покинула Иудею». Поэтому и ап. Павел говорит, и апостолы: «Вам было послано слово Божие, но так как вы делаете себя недостойными его, то вот, мы идем к язычникам» (Деян. 13:46)[4]. Как если бы он сказал: «Мы желаем стеречь виноградник наш, но так как вы с презрением отвергаете нас, то вы передаете нам охрану других виноградников».



[1] На церковнославянском языке: Черна есмь аз и добра, дщери Иерусалимския, якоже селения кидарска, якоже завесы соломони. Не зрите мене, яко аз есмь очернена, яко опали мя солнце… Синодальный перевод: Дщери Иерусалимские! черна я, но красива, как шатры Кидарские, как завесы Соломоновы. Не смотрите на меня, что я смугла, ибо солнце опалило меня…

[2] На церковнославянском языке: …сынове матере моея сваряхуся о мне,… Синодальный перевод: …сыновья матери моей разгневались на меня,…

[3] На церковнославянском языке: …положиша мя стража в виноградех: винограда моего не сохраних. Синодальный перевод: …поставили меня стеречь виноградники, - моего собственного виноградника я не стерегла.

[4] На церковнославянском языке: …вам бе лепо первее глаголати слово Божие: а понеже отвергосте е и недостойны творите сами себе вечному животу, се, обращаемся во языки. Синодальный перевод: …вам первым надлежало быть проповедану слову Божию, но как вы отвергаете его и сами себя делаете недостойными вечной жизни, то вот, мы обращаемся к язычникам.


Среда, 28 февраля 2018 г.

«…Кто уверен в себе, что он Христов, тот сам по себе суди, что, как он Христов, так и мы Христовы» (2 Кор. 10:7)

«Дщери Иерусалимские! черна я, но красива, как шатры Кидарские, как кожи Соломоновы. Не смотрите на меня, что я смугла; ибо солнце опалило меня…» (Песн. 1:4-5)[1].

Итак, то, что мы ранее сказали об обращенной к вере синагоге, теперь давайте скажем лишь о Церкви, призванной к вере: «Дщери Иерусалимские! черна я, но красива…». Церковь, прибывающая из язычников, видит души верных, которые она призвала, и которые она называет дочерями Иерусалимскими. Ибо Иерусалим переводится как «образ мира». Она рассматривает то, чем она была, и то, чем она стала; осознает свои прошлые грехи, чтобы не быть высокомерной; рассматривает свою нынешнюю жизнь, чтобы не быть неблагодарной, и говорит: «…черна я, но красива…». Черна из-за провинностей, красива посредством благодати; черна из-за прошлой жизни, красива через обращение к вере в настоящее время. Как черна? «…как шатры Кидарские…». Кидарские шатры были у язычников, они были шатрами темноты; об этих шатрах сказано: «Вы были некогда тьма, а теперь - свет в Господе…» (Еф. 5:8). Как красива? «…как кожи Соломоновы…», ибо мы измучены покаянием. Умерщвленная посредством покаяния плоть приносится, словно кожи, на службу Царю. Все те, кто истязают себя посредством покаяния, делают себя членами Христа. Итак, члены Христа, истязаемые посредством покаяния, – это кожи Соломоновы, ибо они становятся умерщвленной плотью.

Но, в Иудее были верные, которые считали недостойным, чтобы язычники приходили к вере. Поэтому они и ап. Петра изобличают в том, что он принял Корнилия. Поэтому о Церкви язычников далее присоединяется: «…Не смотрите на меня, что я смугла…». «Не презирайте мое языческое неверие, не взирайте с презрением на мои прежние грехи, не обращайте внимания на то, чем я была». Почему? «…ибо солнце опалило меня…». Солнце опаляет того, на кого оно сильно и долго светит своими лучами. Бог, когда осуществляет строгий суд, более сильно показывает Свою строгость; и Он опаляет, когда слишком сильно сияет. Ибо, осуществляя Своим всепроницающим взглядом строгий суд, Он осуждает сурово. Ведь если Он милостиво рассматривает наши дела, то подобен солнцу, направляющему свои ласковые лучи; когда же Он строго исследует наши дела, то со всей строгостью являет Свою силу. Итак, да скажет Церковь: «Я из-за того смугла, что я – грешница, поэтому Солнце опалило меня, ибо в то время, как я была оставлена Творцом, я впала в грех».

О ты, столь гонимая, столь оставленная, чего ты удостоилась? Что ты приобрела посредством полученного дара? «…Сыновья матери моей боролись против меня…» (Песн. 1:5)[2]. «Сыновья матери» – это апостолы, ибо «матерь же всех» есть вышний Иерусалим. Они сами боролись против людей Церкви, когда стремились привести их от неверия к вере; они пронзили Ее своими заповедями, словно некими копьями. Поэтому ап. Павел, словно некий воин, говорит: «…ниспровергаем замыслы и всякое превозношение, восстающее против познания Божия…» (2 Кор. 10:4-5). Тот, кто ниспровергает превозношение, собственно и является воином. Итак, эти воины, эти сыны матери Иерусалима окончательно извергли Церковь из ее заблуждения, чтобы утвердить ее в правде. «…Сыновья матери моей боролись против меня…». И что сделали воины? «…Поставили меня сторожем в виноградниках…» (Песн. 1:5)[3]. «Виноградники Церкви» – это добродетели, которые приносят плоды: потому что, «в то время, как они [апостолы] ведут борьбу с моими грехами, они словно завоевывают меня, освобождая от зла. Они дали мне ревность к добродетелям и обилие плода; в виноградниках сделали меня сторожем, чтобы те приносили обильные плоды».

«…моего виноградника я не уберегла» (Песн. 1:5)[4]. «Виноградник Церкви» – это древняя привычка ко греху. Церковь же, будучи приставленной сторожем к добродетелям, освободила этот виноградник от древней привычки ко греху.

Сначала мы сказали о синагоге, приходящей к вере, теперь мы сказали об обращении язычников; сейчас же давайте скажем о всей Церкви, и, в особенности, о том, что должно быть известно о каждой душе. Испорченные слушатели имеют обыкновение рассматривать не то, кем являются их учителя, но то, кем они были ранее; разумные же учителя осознают и то, кем они были, и открывают то, кем они являются. Таким образом, они не скрывают и то, что были грешниками, и, подобно неблагодарным, тем более не отрицают того, что получили дары. Поэтому да скажет в их лице Церковь: «…черна я, но красива…». «Черна из-за самой себя, красива посредством дара; черна я из-за прошлого своего, красива от того, чем я стала теперь». Как черна? Как красива? Черна «…как шатры Кидарские…», красива «…как кожи Соломоновы…». И неправильно, что она некоторыми оценивается по своей прошлой жизни, и более обсуждается то, чем она была, а не то, чем она является теперь. Поэтому она и присоединяет: «…Не смотрите на меня, что я смугла; ибо солнце опалило меня…». Ибо в Священном Писании иногда понятие «солнце» изображает очень сильный жар земных пожеланий. Следовательно, почему я смугла? «Потому что солнце опалило меня страстью земной любви в глазах Жениха, поэтому я сделалась некрасивой в глазах Царя».


[1] На церковнославянском языке: Черна есмь аз и добра, дщери Иерусалимския, якоже селения кидарска, якоже завесы соломони. Не зрите мене, яко аз есмь очернена, яко опали мя солнце… Синодальный перевод: Дщери Иерусалимские! черна я, но красива, как шатры Кидарские, как завесы Соломоновы. Не смотрите на меня, что я смугла, ибо солнце опалило меня…

[2] На церковнославянском языке: …сынове матере моея сваряхуся о мне,… Синодальный перевод: …сыновья матери моей разгневались на меня,…

[3] На церковнославянском языке: …положиша мя стража в виноградех… Синодальный перевод: …поставили меня стеречь виноградники…

[4] На церковнославянском языке: …винограда моего не сохраних. Синодальный перевод: …моего собственного виноградника я не стерегла.

 


 

 

 

 

 


 

Добавить комментарий


Какая форма религиозного образования для детей, на Ваш взгляд, необходима?

Loading...

Сегодня

Среда 18 июля 2018 / 5 июля 2018

Седмица 8-я по Пятидесятнице. Глас шестый.
Пост. Пища с растительным маслом

Прп. Афанасия Афонского (1000). Обретение честных мощей прп. Сергия, игумена Радонежского (1422). Cщмч. Геннадия пресвитера, прмцц. вел. кн. Елисаветы и инокини Варвары (1918). Прп. Агапита исп. (1936). Мцц. Анны (Агнии) и Кириллы (Киприллы) (304). Прп. Лампада Иринопольского (X). Иконы Божией Матери, именуемой "Экономисса". Новопрпмч. Киприана Афонского (Греч.). Новомчч. кн. Игоря Константиновича, кн. Иоанна Константиновича, кн. Константина Константиновича, кн. Владимира и кн. Сергия (Палея). Св. Морвенны, покровительницы Морвенстоу (VI) (Кельт. и Брит.). Собор 23 свв. Лесбосских (Греч.). Св. Стефана, еп. Регийского, ученика ап. Павла, и вместе с ним еп. Суерия и дев Агнии, Филицитаты и Перпетуи (I). Мч. Афанасия, диак. Иерусалимского (451).
Монастыри и храмы УПЦ Десятинный монастырь