Четверг, 1 марта 2018 г.

«Ибо мы Христово благоухание Богу…» (2 Кор. 2:15)

«…Сыновья матери моей боролись против меня…» (Песн. 1:5)[1].

В сотворенной природе содержаться только две разумные природы: человеческая и ангельская. Ниспал ангел, склонил за собою и человека. Матерью же всякой природы являются милость и могущество Божие. Итак, мы и ангелы из-за того, что сотворены разумными, имеем словно некую братскую связь. Но, хотя ангелы сотворены той же силой, от которой произошли и мы; все же, эти падшие ангелы ежедневно ведут против нас войну, и потому да скажет Церковь: «…Сыновья матери моей боролись против меня…». Ибо, в то время как эти разумные духи – сыны матери воюют, они борются против души, стремятся сделать так, чтобы она желала только земных вещей, занималась только мирскими делами, искала мимолетных удовольствий. Поэтому она присоединяет:

«…Поставили меня сторожем в виноградниках, - моего виноградника я не уберегла» (Песн. 1:5)[2]. «Виноградники» – это мирские дела. Как если бы она сказала: «Поставили меня сторожем над мирскими делами». И что дальше? «Виноградник мой, то есть душу мою, жизнь мою, разум мой я не позаботилась уберечь, потому что, в то время как я погрузилась во внешние заботы о вещах земных, я оставила охрану внутреннего моего». Многие люди оценивают себя из того, что их окружает, а не из того, кем они являются сами. Их окружают звания, их окружают должности; и в то время, как они стерегут то, что находится рядом с ними, они не заботятся уберечь самих себя. Следовательно, да скажет она: «…Поставили меня сторожем в виноградниках, - моего виноградника я не уберегла». То есть: «В то время как я желаю быть сторожем внешних дел этого мира, я оставила заботу о хранении моего внутреннего». Но вот, душа, возвращенная к благодати своего Творца, уже любит, уже вопрошает, где найти ей своего Искупителя.

«В то время как царь был в опочивальне своей, народ мой издавал благовоние свое» (Песн. 1:11)[3].

Как будто Святая Церковь, окутавшись благовонным сладким ароматом своих избранных, говорит простыми словами: «Пока царь скрыт от глаз моих, уединившись в своей Небесной опочивальне, образ жизни избранных наполняет меня, показывая дивные ароматы добродетелей». Следовательно, несмотря на то, что до сих пор не видно Того, Кого она ищет, она может разгораться все более пылким желанием. Итак, «народ издает благовоние, в то время как царь отдыхает в опочивальне», потому что добродетель святых в Церкви дает и нам радость от великой сладости в то время, как Господь находится в состоянии покоя в Своем Блаженстве. Ибо добродетели избранных, идущих по праведному пути, в определенном смысле благоухают ароматом сладкого запаха и тогда другие люди приходят, чтобы узнать о них. Поэтому и ап. Павел говорил о том же: «Ибо мы Христово благоухание Богу…» (2 Кор. 2:15).



[1] На церковнославянском языке: …сынове матере моея сваряхуся о мне,… Синодальный перевод: …сыновья матери моей разгневались на меня,…

[2] На церковнославянском языке: …положиша мя стража в виноградех: винограда моего не сохраних. Синодальный перевод: …поставили меня стеречь виноградники, - моего собственного виноградника я не стерегла.

[3] На церковнославянском языке: Дондеже (будет) царь на восклонении своем, нард мой даде воню свою. Синодальный перевод: Доколе царь был за столом своим, нард мой издавал благовоние свое.


 

 

Пятница, 2 марта 2018 г.

Насколько для каждого будет возможно видение Бога, настолько обильными будут его плоды

«Встань, поспеши, моя любовь, моя голубка, моя прекрасная, выйди! Сейчас зима уже прошла, дожди были и ушли, цветы появились на земле, время для срезания пришло» (Песн. 2:10-12)[1].

Настоящая жизнь действительно «зима», и, несмотря на надежду, что она приведет нас к постижению высших вещей, тем не менее, ошеломляя нас холодом нашей смертности, все еще удерживает нас внизу. Так и написано: «ибо тленное тело отягощает душу, и эта земная храмина подавляет многозаботливый ум» (Прем. 9:15). Но в зимний период существуют «дожди», проливающиеся, безусловно, проповедью духовных учителей. Касательно этих дождей сказано через пр. Моисея: «Ждут, что я говорю, как падающий дождь, и пусть мои слова прольются вниз, как роса» (Втор. 32:2)[2]. Эти дожди действительно подходят для зимы, но перестают проливаться летом, ибо в настоящее время, когда Небесная жизнь скрыта от глаз плоти, мы должны быть политы хотя бы проповедью святых. Но, когда жар Вечного Суда достигнет своего пика, уже никто не будет рассматривать слова проповедников как необходимость. Ибо святая проповедь прекращается, когда заканчивается настоящая жизнь, о чем можно сказать: «дожди прекращаются, когда зима заканчивается». Поэтому святая Церковь, или душа, которая отходит от этой жизни, устремляясь в область вечного лета, в ожидании дня истинного света, как в сезон весны, справедливо слышит голос Жениха: «Встань, поспеши, моя любовь, моя голубка, моя прекрасная, выйди! Сейчас зима уже прошла, дожди были и ушли…». Святая ли это Церковь или любая избранная душа, но она является «любовью» Небесного Жениха по причине собственной к Нему любви, является Его «голубкой» по состоянию своего духа, является Его «прекрасной» по образу своей жизни. Когда она освобождается от тленной плоти, вне сомнений, в тот момент «зима проходит» для нее, потому что отходит ошеломляющий холод нынешней жизни. Кроме того, «…дожди были и ушли…» по своей сути, ибо уже нет необходимости в том, чтобы дождь проповеди смягчал ее. Итак, когда «зима уже прошла, дожди тоже ушли», потому что, когда настоящая жизнь, в которой ошеломляющий холод тленной плоти удерживает нас в облаке невежества, закончилась, то любая проповедь прекращена. Ибо в то время мы более ясно увидим нашими собственными глазами то, что теперь слышим несколько туманно через слова святых. В то время «цветы появились на земле», потому что, когда душа начинает наполняться начальным предвкушением радости вечного блаженства, то это подобно тому, как душа, удаляясь от суеты мира, уже вдыхает ароматы, пребывая среди цветов. Ибо после того, как она оставит эту жизнь, она обретет свои плоды в большем изобилии. Именно поэтому добавлено: «…время для срезания пришло». Когда кто-то подрезает сад, он отсекает бесплодные ветви для того, чтобы плодоносящие могли принести плоды в большем изобилии. Так, «время для нашего срезания приходит», когда мы оставляем бесплодную и болезненно тленную плоть так, чтобы быть в состоянии приобрести плоды души. Эти плоды будут настолько же обильными, насколько возможно будет для нас видение Единого Бога.

Зима, иней и лед также могут означать невзгоды настоящей жизни, строгость которой угнетает людей святых, но, благодаря этому они становятся более сильными. Ибо, когда Всемогущий Бог позволяет нам быть встревоженными невзгодами, тогда Он исполняет Свой чудесный замысел о нас, рождая не только иней и лед, но также и будущие в нас плоды. Он делает это так, что каждый из избранных в состоянии выдержать невзгоды ветра и холода этой жизни, как если бы он переживал зиму, чтобы в будущем тепле лета, он показал плоды, что он зачал здесь, в этой жизни. Поэтому каждой душе, спешащей от суеты этого мира к красоте Вечности, Он сказал голосом Жениха: «Встань, поспеши, моя любовь, моя голубка, моя прекрасная, выйди! Сейчас зима уже прошла, дожди были и ушли, цветы появились на земле, время для срезания пришло».


[1] …встань, возлюбленная моя, прекрасная моя, выйди! Вот, зима уже прошла; дождь миновал, перестал; цветы показались на земле; время пения настало…

[2] Польется как дождь учение мое, как роса речь моя, как мелкий дождь на зелень, как ливень на траву.

 

 


 

Суббота, 3 марта 2018 г.

Слезы умиления от любви восходят к Богу ароматом рождающейся добродетели

«Кто это идет через пустыню, как столб дыма, возникающий от ладана и мирры и фимиама и всех ароматных порошков мирроварника?» (Песн. 3:6)[1].

В этом месте голосом Жениха восхваляется добродетель Невесты. Святая Церковь избранных с пламенной любовью идет через пустыню, оставляя ее позади. И Он добавляет, как именно она идет: «…как столб дыма, возникающий от ладана…». О дыме, исходящем от ладана, сказано через псалмопевца: «Пусть моя молитва направится к Тебе, как ладан» (Пс 140:2)[2]. Обычно дым у нас вызывает слезы. Итак, «дым, возникающий от ладана» – это умиление молитвы, которая творится в любви. И эта молитва здесь называется «столб дыма», потому что, когда ею прося только Небесных вещей, она взлетает вверх так прямо, что никогда не поворачивается назад искать земные и временные вещи. Святая Церковь «идет как столб дыма, возникающего от ладана», потому что каждый день делает успехи, пребывая в непорочности внутреннего «ладана» за счет достоинств ее образа жизни. И даже тогда, когда она рассеивается в мысли, она строгостью ограничивает себя в скрытых тайниках сердца.

И отметим, что молитва не называется «стержень», а называется «столб», потому что иногда, в пылу умиления, сила любви настолько нежна, что даже сама душа, светящаяся от любви и производящая молитву, не может понять ее. Кроме того, сказано: «…и мирры и фимиама…», т.к. Закон предписывает, чтобы ладан сжигался в жертву Господу, а тела умерших смазывали миррой для предотвращения повреждения червями. Таким образом, жертва в виде «мирры и ладана» предлагается теми, кто смирил свою плоть, чтобы в них не доминировали пороки тления, теми, кто приносят Господу благодатную жертву своей любви, и теми, кто предстает пред Богом среди святых добродетелей. Вот почему в том месте добавляется: «…всех ароматных порошков мирроварника». Ибо «ароматные порошки мирроварника» есть добродетели того, кто хорошо поступает. И заметьте, что добродетели тех, кто действует хорошо, не называются «краски», а «ароматные порошки». Ибо, когда мы делаем хорошее дело, мы предлагаем краски. Но, когда мы очень внимательно пересматриваем те самые добрые дела, которые делаем, и на основании этого определяем, есть ли в них что-нибудь злое, и принимаем по этому поводу некое решение, тогда, в определенном смысле, мы из красок делаем порошок. Таким образом, мы в нашей молитве горим более утонченно через умозрительность и любовь.

Итак, до тех пор, пока мы не перестаем размышлять и рассматривать заново, хорошо ли мы делаем, у нас действительно есть «мирра и ладан» в наших делах, а «порошок» – в наших мыслях. Поэтому, возлюбленные, давайте не будем искать сквозь слезы умиления ничего земного, ничего преходящего. Пусть там будет только Он Единственный, Который сделал это чувство достаточным для нас. Давайте уйдем за пределы всех других чувств через это желание, чтобы мы могли сосредоточить ум на Единственном и не возгораться уже ни страхом наказания, ни памятью о наших преступлениях, а только пламенем любви, и давайте сгорать в слезах, имея в сердце аромат добродетели.


[1] Кто эта, восходящая от пустыни как бы столбы дыма, окуриваемая миррою и фимиамом, всякими порошками мироварника?

[2] Да направится молитва моя, как фимиам…

 

 


 

Воскресенье, 4 марта 2018 г.

Заповеди Господа – средства защиты для нашего сердца

«Как красива ты, моя любовь, как красива! Твои глаза голубиные, в стороне от того, что спрятано внутри» (Песн. 4:1)[1].

Жених описывает ее как «красивую», а затем повторяет опять, называя ее «красивой» во второй раз. Ибо в настоящее время она блистает одним видом красоты – красотой поведения, а другим видом красоты – красотой награды, она будет позже украшена силой своего Творца. А потому что все избранные ее члены совершают чудеса в простоте, ее глаза называет «голубиными». Они сияют большим блеском, потому что сверкают чудесами, которые нами видимы. И, хотя всякое видимое чудо велико, но чудо внутреннее еще более замечательно именно потому, что оно не может быть увидено в настоящее время. Поэтому в этом месте справедливо добавлено: «…в стороне от того, что спрятано внутри». Ибо слава видимых дел велика, но слава скрытой награды несравнимо больше. Все, что видно совершаемым по Божественному Промыслу пред лицом Неба, действительно красиво, но то, что достигается внутри, не будучи увиденным, несравненно более красиво.

«Зубы твои - как стадо выстриженных овец, выходящих из купальни…» (Песн. 4:2)[2].

Под «зубами» Святой Церкви кого еще мы понимаем, если не святых проповедников, раздробляющих твердость грешников своей проповедью. Поэтому сказано одному из них (здесь язычники представлены в переносном смысле): «…заколи и ешь» (Деян. 10:13). Другими словами: «разжуй их ветхость и измени их в теле Церкви, преобразив в ее члены». И не является необоснованным то, что они сравниваются с «выстриженными» и «вымытыми» овцами. Ибо, в Крещенской купели приняв безукоризненный образ жизни, они отложили свой «неровно стриженный» предыдущий образ жизни.

Но под словом «зубы» в Священном Писании не только понимаются святые проповедники, но и внутренние чувства. О том, что под словом «зубы» также понимаются внутренние ощущения свидетельствует пр. Иеремия: «Он сломал мои зубы один за другим» (Плач. 3:16)[3]. Мы знаем, что зубами пережевывают пищу, чтобы она могла быть поглощена. Поэтому, справедливо мы можем понимать, что слово «зубы» означает органы чувств, ибо в некотором смысле они жуют и грызут каждую мысль, что появляется в уме, и передают ее от ума к памяти, подобно как пережеванную пищу животу. И пророк говорит, что эти зубы «сломаны один за другим», потому что чувства ослепляют ум в понимании пропорционально количеству каждого конкретного греха. И с каждым последующим разом, когда грешим, теряется восприятие тех внутренних и невидимых истин, которые ум мог бы понять.

«Твои губы похожи на алое оголовье, моя невеста, и твои слова сладки» (Песн. 4:3)[4].

«Оголовье» – это лента, которой обвязывают волосы головы. Но, что подразумевается под волосами, если не терзающие душу мысли? И у Невесты «губы» подобны «оголовью», потому что увещевания святой Церкви связывают воедино все блуждающие мысли в сознании тех, кто слушает. Они удерживают их от беспорядочной необузданности, вызванной рассеянием от пребывания в запретных мыслях, которые, как только рассеиваются, тревожат очи сердца. И это позволяет удерживать их единой целью до тех пор, пока оголовье святой проповеди связывает их. Насколько же хорошо, что оголовье называется «алым»! Ибо проповеди святых горят пылом любви.

«Твоя шея как столп Давида, построенный как бастион, тысяча щитов висит на нем, каждый из них - вооружение доблестных» (Песн. 4:4)[5].

Внутри шеи находится горло, имеющее голос. Итак, что же подразумевается под «шеей» Невесты, Жених, который говорит эти слова, если не священные слова святой Церкви? Обратите внимание, упоминается, что тысяча щитов повешена на него. Это число, обозначающее полноту совершенства, указывает на целостность Писания, потому что Священное Слово содержит для нас полную защиту. Ибо там мы находим заповеди Бога и находим примеры жизни праведников.

Если душа остыла в стремлении к своему Творцу, пусть она слышит, что ей сказано: «возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим» (Мф. 22:37). Может быть, она поглощена ненавистью к своему ближнему? Пусть она слышит, что сказано: «возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мф. 22:39). Или может она пожелала чужие вещи? Пусть она слышит, что там написано: «Не пожелай вещей ближнего твоего» (Исх 20:17)[6]. Ум в смятении от гнева из-за того, что ближний причинил вред словом или делом? Пусть она слышит, что сказано: «Не мсти и не имей злобы на сынов народа твоего…» (Лев. 19:18). Обеспокоен ли ум злым вожделением жажды плоти? Чтобы глаза не следовали за умом, пусть она слышит, что было сказано чуть раньше: «…всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем» (Мф. 5:28).

Может быть, есть кто-то, кто решает отпустить свою душу, горя ненавистью к врагу? Пусть услышит, что там написано: «любите врагов ваших,… благотворите ненавидящим вас…» (Мф. 5:44). Может быть, тот, кто уже не грабит чужое, до сих пор копит для себя, противореча Божественному Закону? Пусть он слышит, что там говорится: «Продавайте имения ваши и давайте милостыню…» (Лк. 12:33). Есть ли в душе немощного человека желание наслаждаться Богом и этим миром в одно и то же время? Пусть она слышит, что там написано: «Никто не может служить двум господам…» (Мф. 6:24). Есть ли кто, хранящий свое имущество, и не помогающий другим, а удовлетворяющий только свои желания? Пусть он слышит, что там говорится: «Так всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником» (Лк. 14:33). Поэтому некоторые отказываются от всего полностью, а многие отрекаются, все же владея, потому что они удерживают свое имущество для использования таким образом, чтобы они сами не пребывали в зависимости от желания этого имущества. Кто-то впадает в леность и старается увернуться от того, чтобы предпринимать труды для Господа, даже когда способны на это. Пусть услышат, что там написано: «…кто не собирает со Мною, тот расточает» (Лк. 11:23). Таким образом, на «шее Церкви», которая проповедует Священное Слово и называется «столп Давида» из-за его крепости позиции и высоты, «тысяча щитов подвешена», так как все заповеди там – средства защиты для нашего сердца.



[1] На церковнославянском языке: Се, еси добра, ближняя моя, се, еси добра: очи твои голубине, кроме замолчания твоего… Синодальный перевод: О, ты прекрасна, возлюбленная моя, ты прекрасна! глаза твои голубиные под кудрями твоими…

[2] На церковнославянском языке: Зубы твои яко стада остриженых, яже изыдоша из купели…

[3] Синодальный перевод: Сокрушил камнями зубы мои, покрыл меня пеплом.

[4] На церковнославянском языке: Яко вервь червлена устне твои, и беседа твоя красна… Синодальный перевод: как лента алая губы твои, и уста твои любезны…

[5] На церковнославянском языке: Яко столп давидов выя твоя, создан в фалпиофе: тысяща щитов висит на нем, вся стрелы сильных. Синодальный перевод: шея твоя - как столп Давидов, сооруженный для оружий, тысяча щитов висит на нем - все щиты сильных;

[6] Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, [ни поля его,] ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, [ни всякого скота его,] ничего, что у ближнего твоего.


 

Понедельник, 5 марта 2018 г.

Образ жизни праведных – щиты для жизни нашей

«Твоя шея как столп Давида, построенный как бастион, тысяча щитов висит на нем, каждый из них - вооружение доблестных» (Песн. 4:4)[1].

«Щиты» – это примеры жизни праведников, которыми мы отражаем стрелы лукавого. Мы желаем пребывать в смирении, чтобы сохранить нашу невинность, даже если обижены ближним? Пусть Авель приходит пред наши глаза. Написано, что он был убит своим братом, но мы не читаем, что он боролся против него! (см. Быт. 4:8) Мы хотим сохранить чистоту ума даже в узах брака? Надо взять для подражания пример праведного Еноха. Хотя он и был женатый человек, но он всегда ходил пред Богом (см. Быт. 5:24) и не стало его, потому что Бог взял его (см. Евр. 11:5). Мы спешим предпочесть Божественным заповедям то, что приносит нам пользу в настоящее время? Пусть Ной предстанет перед нашими глазами. Отложив в сторону все по велению Всемогущего Господа, он был более ста лет занят строительством ковчега (см. Быт. 6 и далее). Мы делаем все возможное, чтобы представить себе силу послушания? Мы должны посмотреть на Авраама. Оставив дом, родных, страну, он был послушен настолько, что вышел, не представляя того, где окажется, чтобы прийти на то место, которое он должен был принять в наследство (см. Евр. 11:8). Ради послушания он был готов убить долгожданного наследника, сердцем стремясь только к наследию вечному. И за то, что он доверился предложить в жертву Богу своего единственного сына, он, в качестве своих потомков, получил все множество верующих народов. Нам нравится простота поведения? Пусть Исаак вспомнится нам. Спокойствие его поведения сделали его красивым в глазах Всемогущего Бога (см. Быт. 26:18 и далее). Ищется ли сила духа в труде, чтобы наполниться ею? Пусть Иаков будет призван в нашу память. После обучения терпению, служа людям силой духа, он был приведен к добродетели такой силы, что ангел, который боролся с ним, не мог возобладать над ним (см. Быт. 32:24).

Должны ли мы попытаться победить соблазны плоти? Пусть Иосиф поднимется к нам из глубин памяти. Он ревностно охранял целомудрие плоти даже под угрозой потери жизни. И поскольку он научился обуздывать себя и управлять своими собственными членами, свершилось то, что ему было поручено управлять всем Египтом (см. Быт. 41:41). Может быть вы стремитесь быть кроткими? Давайте тогда поставим Моисея перед нашими глазами. Несмотря на то, что он управлял более чем шестистами тысячами мужчин (не считая женщин и детей), он описан как тот, кто был «…человек кротчайший из всех людей на земле» (Чис. 12:3). Вы воспламеняетесь усердием непорочности против пороков? Пусть Финеес предстанет перед вашими глазами. Использовав свое копье против прелюбодеев, он возвратил целомудрие своему народу и своим собственным праведным гневом успокоил гнев Господа (см. Чис. 25:7).

Мы жаждем вырваться от подлости своего ума на свободу, чтобы душа начала взрастать в доброте? Пусть Самуил войдет в наши мысли. Несмотря на то, что он был сначала отвергнут народом, но, когда люди снова попросили его вознести молитвы за них Господу, он ответил: «и я также не допущу себе греха пред Господом, чтобы перестать молиться за вас…» (1 Цар. 12:23). Ибо святой человек верил, что он совершил бы грех, если бы он отказался от благодати доброты, и не молился бы за тех, кого терпел как противников вплоть до того, что был отвергнут ими. Опять же, когда по повелению Господа он был послан, чтобы помазать Давида как царя, он ответил: «как я пойду? Саул услышит и убьет меня» (1 Цар. 16:2). И все же, когда он узнал, что Бог разгневался на Саула, он мучился в такой траурной тоске, что Господь сказал ему в лицо: «доколе будешь ты печалиться о Сауле, которого Я отверг…?» (1 Цар. 16:1). Итак, давайте задумаемся, насколько велик пыл милосердия, горящий в душе того, кто плакал даже о человеке, от рук которого недавно боялся погибнуть? Готовы ли мы сопереживать тому, кого мы так боимся? Может мы задумались о том, чтобы не платить злом за зло, даже если у нас есть такая легкая возможность? Пусть тогда Давид посетит нашу память. Его гнал царь Саул, и он мог убить его, и все же, когда царь был в пределах досягаемости, Давид выбрал добро, которое должен был сделать, а не зло, от которого царь мог заслуженно пострадать: «меня же да не попустит Господь поднять руку мою на помазанника Господня!» (1 Цар. 26:9)[2]. И когда тот же Саул был впоследствии уничтожен врагами, Давид оплакивал убитого, которого при жизни терпел как гонителя.

Мы решились откровенно обличить сильного мира сего, видя его ошибку? Пусть пример Иоанна Крестителя войдет в вашу душу. Ибо он порицал порочность царя Ирода, и не боялся быть убитым за правоту своих слов (см. Лк. 3:19). И так как Христос есть Истина (см. 1 Ин. 5:6), он положил свою жизнь за Христа, так как он положил ее за истину. Спешим ли мы прямо сейчас, чтобы ради Бога отдать нашу плоть в руки смерти? Пусть ап. Петр приходит на ум. Он радовался, наказанный плетью, когда били его по приказу князей, и презирал свою собственную жизнь ради жизни вечной (см. Деян. 5:40-41). Решили ли мы презирать невзгоды даже до смерти? Пусть ап. Павел предстанет пред нашими глазами. Ибо он был готов не только терпеть лишения, но и умереть за Христа. Он не считал свою собственную жизнь более ценной, чем жизнь во Христе (см. Флп. 1:21). Стремимся ли мы к тому, чтобы наши сердца зажглись огнем милосердия? Вдумаемся в слова ап. Иоанна. Все, что он нам сказал, пронизано огнем милосердия. И вот, потому что мы находим в голосе Священного Слова всеукрепляющее средство для добродетели, которую мы ищем, «…тысяча щитов висит на нем, каждый из них - вооружение доблестных».


[1] На церковнославянском языке: Яко столп давидов выя твоя, создан в фалпиофе: тысяща щитов висит на нем, вся стрелы сильных. Синодальный перевод: шея твоя - как столп Давидов, сооруженный для оружий, тысяча щитов висит на нем - все щиты сильных;

[2] На церковнославянском языке: …кто прострет руку свою на христа Господня, и неповинен будет? Синодальный перевод: …кто, подняв руку на помазанника Господня, останется ненаказанным?


 

Вторник, 6 марта 2018 г.

Не презирайте Священного Писания, благодаря ему душа может отогреться от холода беззакония

«Твоя шея как столп Давида, построенный как бастион, тысяча щитов висит на нем, каждый из них - вооружение доблестных» (Песн. 4:4)[1].

Если мы в настоящее время хотим бороться против духов злобы, то мы должны использовать оборонительные средства, расположенные на «шее» Церкви, которая была построена для нас «как столп Давида», и которая наполнена Божественными словами. Из требования жить согласно Божественных заповедей мы получаем мощную помощь против пороков. Смотрите, мы спешим стать «доблестными» против сил зла? На этом «столпе» мы находим «вооружение» для нашего ума, ибо в нем мы находим заветы нашего Создателя и примеры наших предшественников, с помощью которых становимся вооружены против наших противников. Ибо, когда вы стремитесь приобрести добродетель и видите, что это уже исполнено где-то отцами, то там вы находите и вооружение, с помощью которого можете защитить себя от духовного натиска. В конце концов, «щиты» висят, чтобы ими владели. И, если кто хочет воевать, пусть он устремится вверх к добродетели и защищает свое сердце этим щитом, одновременно используя «стрелы» слов.

И заметьте, что «столп», как сказано, был построен как «бастион». Бастион выполняют ту же функцию, что и щиты, так как защищает того, кто обороняется. Но между ними есть разница: в то время как мы можем передвигать щиты по собственному желанию, чтобы защитить себя, мы можем защитить себя и укрывшись за бастионом, но, не будучи в состоянии перемещать его. Щит – это то, что мы сжимаем в своей руке, а бастион нет. Итак, в чем тогда разница между бастионом и щитом, если не в том, что в Священном Слове мы читаем и о чудесах отцов, которые жили до нас, и о достоинствах их добродетелей? Мы слышим, что один разделил море, другой остановил солнце, один оживил мертвого, другой словом поднял парализованного, исцелил смертельно больного. Но они все были одновременно кротки с долготерпением, пылки с рвением непорочности, богаты проповедью слова с милостью. Их чудеса свидетельствуют о том, что они объявили всем правду о Господе, ибо если бы они не говорили правду о Нем, то как они бы смогли соделать такие чудеса без Его помощи? Их дела свидетельствуют о том, как они были преданны, смиренны и кротки. Таким образом, если наша вера, которую мы получили посредством их проповеди, будет поставлена под испытания, тогда будем размышлять над чудесами тех, кто нам проповедовал, и вера, которую мы получили от них, будет в нас усиливаться. Итак, что же такое их чудеса, если не наши бастионы? Они могут защитить нас, но все же мы не держим их в нашей руке, ибо мы не можем сотворить такие же вещи, чтобы держать их в наших руках, видя, что это не в наших силах. Но в наших руках есть щиты, и они защищают нас, потому что добродетели терпения и милосердия, пока благодать предшествует им, находятся в наших силах, чтобы мы выбрали их, и они защитят нас от опасности. Итак, «наш столп построен с бастионом, на котором тысяча щитов», потому что Священное Писание позволяет нам одновременно и укрыться от стрел невзгод за чудесами отцов и держать в нашей руке, как щиты, то, что мы можем сделать, чтобы защитить святой образ жизни.

Поэтому, дорогие братья, не презирайте Писания нашего Искупителя, которые были доставлены нам. Весьма примечательно, что, благодаря ему, душа может отогреться, чтобы она не немела от холода беззакония. Когда мы учимся, как отважно действовали наши праведные предки, то мы сами становимся оснащенными силой для добрых дел, ибо душа читателя зажигается пламенем от святых примеров. Она переживает внутри себя их героические поступки, и становится очень рассержена на себя за то, что сама не поступает по примеру их жизни.



[1] На церковнославянском языке: Яко столп давидов выя твоя, создан в фалпиофе: тысяща щитов висит на нем, вся стрелы сильных. Синодальный перевод: шея твоя - как столп Давидов, сооруженный для оружий, тысяча щитов висит на нем - все щиты сильных;


Среда, 7 марта 2018 г.

Кто оценил радости Небесного Отечества, тот направляет себя на путь более совершенной жизни

«Я сплю, а сердце мое бодрствует…» (Песн. 5:2).

В Священном Писании образное значение слова «сон» или «дремота» можно понимать тремя способами. Иногда «сон» обозначает смерть плоти, иногда онемение равнодушием, но иногда спокойствие жизни, которая наступает, когда под ногами попраны земные желания. Слово «сон» или «дремота» предполагает смерть плоти, когда ап. Павел говорит: «Не хочу, чтобы вы были в неведении, братья, о тех, кто спит» (1 Фес. 4:13)[1]. И немного после того: «в Иисусе Бог приведет тех, кто спит» (1 Фес. 4:14)[2]. Опять же «сон» обозначает онемение от безразличия, как тогда, когда сказано тем же ап. Павлом: «теперь час, чтобы пробудиться ото сна» (Рим. 13:11)[3]. И опять: «Проснись, ты, кто праведен, и не греши» (1 Кор. 15:34)[4]. «Сон» означает также спокойствие жизни, которое наступает, когда желания плоти попрано под ногами, поэтому Невеста говорит: «Я сплю, а сердце мое бодрствует…», как будто она сказала: «В то время как мои внешние чувства отдыхают от забот этой жизни, мое сердце более живо понимает свои внутренние действия, так как мой ум в это время свободен. «Я сплю» снаружи, но «сердце мое бодрствует» внутренне, потому что, в то время как у меня нет восприятия вещей внешних, у меня есть острое понимание внутренних реалий». В самом деле, чем больше святой ум воздерживает себя от суеты временных желаний, тем вернее он достигает знания внутренних вещей, и чем более охотно он погружается во внутреннее, тем более он закрывает себя от внешнего. Она не спит «сердцем», то есть «бодрствует», потому что благодаря ее внутреннему росту в созерцании внешнее не становится помехой для ее внутренних трудов. Итак, те, кто занят вещами этого мира, если можно так выразиться, сами «не спят», а «бодрствуют»; а тот, кто в своем стремлении к внутреннему спокойствию сторонится шума этой жизни, тот «спит».

«Мой возлюбленный протянул руку через отверстие, и внутренность моя взволновалась от его прикосновения» (Песн. 5:4)[5].

По великой милости нашего Творца вход в Царство Небесное открыт в равной степени и иудейскому народу, и язычникам, как праведникам, так и грешникам, но только после того, как последние обратятся от своих грехов. Радости Небесного Царства открыты не только для тех, кто остается в невинности, но и осужденным грешникам, когда они покаются в своих грехах. Таким образом, прийдя к пониманию неизреченных тайн Небесного Царства, оценив их – они возжелали их, а возжелав – побежали вслед за ними, побежав же за ними – они достигают их. Высоко оценил эти тайны внутренней радости тот, кто сказал: «Жаждет душа моя к Богу крепкому, живому: когда приду и явлюсь пред лице Божие!» (Пс. 41:3). Проповедник язычников жаждал входа в Царство Небесное, когда сказал: «…имею желание разрешиться и быть со Христом…» (Флп. 1:23). Невеста оценила эти тайны внутренней радости, когда сказала: «Мой возлюбленный протянул руку через отверстие, и внутренность моя взволновалась от его прикосновения». «Возлюбленный протягивает руку через отверстие», когда Господь Своей силой движет наши души к все более утонченному пониманию Своих тайн. И «внутренность волнуется от его прикосновения», когда наша немощь, вследствие прикосновения к ней Небесной радости, приходит в понимание и наполняется собственной радостью. И вдруг паника овладевает ее разумом во время ее ликования, потому что, испытывая немного Небесной радости, которую она так любит, она страшится не удержать ее, ибо понимает, что ее прикосновение так мимолетно. Поэтому те, кто высоко оценил радости Небесного Отечества, что еще делают, если не направляют свои стопы по пути более совершенной жизни?


[1] На церковнославянском языке: Не хощу же вас, братие, не ведети о умерших… Синодальный перевод: Не хочу же оставить вас, братия, в неведении об умерших…

[2] На церковнославянском языке: …Бог умершыя во Иисусе приведет с ним. Синодальный перевод: …умерших в Иисусе Бог приведет с Ним. …

[3] На церковнославянском языке: И сие, ведяще время, яко час уже нам от сна востати… Синодальный перевод: Так поступайте, зная время, что наступил уже час пробудиться нам от сна…

[4] На церковнославянском языке: Истрезвитеся праведно и не согрешайте… Синодальный перевод: Отрезвитесь, как должно, и не грешите…

[5] На церковнославянском языке: Брат мой посла руку свою сквозе скважню, и чрево мое вострепета от него. Синодальный перевод: Возлюбленный мой протянул руку свою сквозь скважину, и внутренность моя взволновалась от него.

 

 

 


Четверг, 8 марта 2018 г.

«…Имейте в себе соль, и мир имейте между собою» (Мк. 9:50)

«Ты прекрасна, любовь моя, очаровательна и мила, как Иерусалим, грозна, как авангард армии, приготовившийся к бою» (Песн. 6:4)[1].

Под образом возлюбленной описывается Святая Вселенская Церковь. А Небесное Отечество представлено названием «Иерусалим», ибо означает «видение мира». Итак, святая Церковь «обаятельна и мила», как «Иерусалим», потому что ее образ жизни и желания стремятся к видению внутреннего мира. И, поскольку, она так любит своего Творца и жаждет видеть Лицо Того, о Ком написано, на «Кого ангелы желают смотреть» (1 Петр. 1:12)[2], о ней говорится «очаровательна» из-за ее наполненностью любовью. И она становится «мила» Богу в той степени, в какой стремится стать грозной для злых духов.

Другое же сравнение показывает, насколько она страшна для врагов: «…как авангард армии, приготовившийся к бою». Почему враги святой Церкви так ее боятся, как если бы она была «авангард армии»? Это сравнение заслуживает самого глубокого понимания, поэтому мы должны изучить его в деталях. Мы знаем, что авангард армии выглядит устрашающе для врагов тогда, когда составлен так плотно и все стоят вместе настолько близко, что нигде не видно слабых мест. Ибо, если авангард стоит таким образом, что имеется не защищенное пространство, через которое враг может пробиться, то он не будет больше страшен для врагов. Поэтому, когда мы становимся на передовую для духовной борьбы против злых духов, то крайне важно, чтобы мы всегда были единомысленны друг с другом и соединены тесно посредством милосердной любви и никогда не оказывались отделенными друг от друга из-за раздора. Ибо, хотя мы и делаем добрые дела, но если не хватает любви, зло легко проникает в брешь линии фронта, и противник может войти и поразить нас.

Древний враг не боится нашего самоконтроля, когда он не берет своего начала от любви, потому что он не угнетен плотью, чтобы самому нуждаться в потакании телесным слабостям. Он не боится нашего воздержания, потому что тот, кто не привязан к потребностям тела, не нуждается в пище. Он не боится, когда мы жертвуем наши земные блага, если мы делаем это без любви, потому что он лично для себя не имеет никакой потребности в земном богатстве. Но он очень боится острия милосердия в нас, которое есть смиренная любовь, которую мы взаимно дарим друг другу. И он сильно страшится нашего мира и согласия, потому что мы тогда сохраняем на земле то, что он сам, выбирая, не сохранил и потерял на Небе. Таким образом, он хорошо сказал: «…грозна, как авангард армии, приготовившийся к бою», потому что злые духи трепещут от страха перед войском избранных, поскольку видят их единство и единение против них через согласие в любви.

Величие добродетели согласия в любви подтверждено тем фактом, что, когда остальные добродетели теряют его, они предстают как НЕ-добродетели. Например, велика добродетель воздержания. Но, если кто-нибудь воздерживается от пищи в такой манере, что он осуждает за пищу других, и даже обличает верующих за употребление с благодарением того, что создано Богом, то чем становится для него добродетель воздержания, если не ловушкой греха? Потому и псалмопевец указал, что воздержание не может существовать без согласия: «Хвалите Его с тимпаном и хором…» (Пс. 150:4)[3]. Ибо сухая мембрана тимпана издает звук, а голоса в хоре хороши, когда поют в согласии. Так что подразумевается под «тимпаном», если не воздержание? И что под «хором», если не согласие в любви? Соответственно, тот, кто воздерживается, но отказывается от согласия, воздает действительно похвалы тимпаном, но не воздает «похвалы хором». Кроме того, есть некоторые, кто в своем стремлении быть мудрее, чем требует необходимость, в конце концов, отступают от мира со своими соседями, презирая их, как скучных и глупых. Таким образом, Сама Истина увещевает нас: «…Имейте в себе соль, и мир имейте между собою» (Мк. 9:50). Тот, кто хочет иметь «соль мудрости», должен заботиться, чтобы никогда не выйти из мира и согласия.

Наши толкования об этих добродетелях следует понимать, как применимые ко всем остальным добродетелям тоже. Поэтому ап. Павел увещевает нас страхом: «Старайтесь иметь мир со всеми и святость, без которой никто не увидит Господа» (Евр. 12:14). Сама Истина указывает на то, что ничто не будет угодно Богу без согласия в любви, когда говорит: «Итак, если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой» (Мф. 5:23-24). Видите, Он не хочет получать приношение от тех, кто запутался в разладе, Он отказывается принимать жертву от них. Итак, подумайте, насколько велико зло раздоров, если из-за него даже приношение вменяется в вину.

Итак, святая Церковь названа «грозной, как авангард армии, приготовившийся к бою», потому что избранные представляют собой войско, духовную военную силу, которая отважилась на войну против духовных сил зла, и они всегда объединены в любви. Именно их взаимная любовь поражает наказанием злых духов, которые называются их древними врагами.


[1] На церковнославянском языке: Добра еси, ближняя моя, яко благоволение, красна яко Иерусалим, ужас яко вчиненны. (Песн. 6:3). Синодальный перевод: Прекрасна ты, возлюбленная моя, как Фирца, любезна, как Иерусалим, грозна, как полки со знаменами.

[2] На церковнославянском языке: …в няже желают ангели приникнути. Синодальный перевод: …во что желают проникнуть Ангелы.

[3] На церковнославянском языке: хвалите его в тимпане и лице… Синодальный перевод: Хвалите Его с тимпаном и ликами…

 

 


 

Пятница, 9 марта 2018 г.

«Кто эта, блистающая как заря…» (Песн. 6:10)

«Как кожа граната твои щеки, отдельно от того, что ты скрываешь» (Песн. 6:7)[1].

«Щеками» Святой Церкви являются духовные отцы, потому что они наполнены любовью, воздержанием контролируют свою плоть, великолепием проповеди просвещают сердца своих слушателей, совершают знамения, великие дела, славятся чудесами. И потому, что добрые дела, которые они делают прилюдно, становятся известны, они заслуженно придают почтенный внешний вид «лицу» святой Церкви. Ибо, когда мы видим, как многие творят чудеса, пророчествуют о будущих событиях, совершенно оставляют мир, пламенно горят Небесными желаниями, тогда «щеки» Святой Церкви «как кожа граната». Но, что все это, чем мы сейчас восхищаемся, по сравнению с тем, о чем написано: «не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его» (1 Кор. 2:9). Поэтому, когда он восхищается «щеками» Церкви, то хорошо, что добавляет: «…отдельно от того, что ты скрываешь», как если бы было сказано простыми словами: «В самом деле, те вещи в Тебе, которые не скрыты – велики, но те, которые скрыты, совершенно невыразимы».

«Кто это идет вперед, вставая, как рассвет?» (Песн. 6:10)[2].

Святая Церковь, которой восхищается Жених, точно описывается, сравниваясь с «рассветом». Оставляя тьму греха, она прорывается к свету вечности. Познанием веры она заменяет темноту греха на ясный свет праведности. И, потому что рассвет это переход от тьмы к свету, слово «рассвет» не незаслуженно применяется ко всей Церкви избранных. Ибо, когда она ведет от ночи неверия к свету веры, она прорывается к великолепию Небесной яркости, как рассвет, предваряющий день после темноты. Святая Церковь, которая стремится к наследию Небесной жизни, называется «рассвет», потому что, когда она выходит из тьмы греха, она сияет светом правды. Она «встает как рассвет», так как уходит от темноты бывшего нечестия и обращается к сиянию нового света.

И все же, будем внимательны, ибо здесь есть нечто весьма глубокое, что мы должны быть готовы понять, учитывая особенные качества рассвета. Рассвет нам показывает, что ночь проходит, но еще не явлена во всей полноте яркость дня. Скорее, в то время, как рассеивается ночь и зачинается день, он содержит свет, перемешанный с тьмой. Итак, чем являемся все мы, кто следует за истиной в этой жизни, если не «рассветом»? Ибо в настоящее время мы, одновременно, делаем некоторые вещи, которые принадлежат свету, и все же до конца не свободны от части тех вещей, которые до сих пор принадлежат к темноте. Поэтому пророком говорится Богу: «…не оправдается пред Тобой ни один из живущих» (Пс. 142:2). Опять же написано: «ибо все мы много согрешаем…» (Иак. 3:2). Ап. Павел также сказал: «но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих» (Рим. 7:23). И ежели закон греха борется с законом ума, то это, конечно, еще «рассвет», потому что свет, который уже проявился, до сих пор еще не полностью преодолел тьму, которая предшествовала ему. Это все еще рассвет, потому что, если закон плоти нападает на закон ума, и закон ума борется с законом плоти, свет и тьма еще сражаются друг с другом. Таким образом, когда ап. Павел сказал: «Ночь прошла…» (Рим. 13:12), он не продолжил «и настал день», а сказал: «…а день приблизился…» (Рим. 13:12). Ибо тот, кто учит, что день до сих пор не настал после того, как ночь ушла, а учит, что только «приблизился» день, неоспоримо доказывает, что он все еще пребывает во время рассвета, т.е. до восхода солнца, но уже после темноты.

Святая Церковь избранных будет полностью днем тогда, когда тьма греха больше не будет связывать ее. Она будет полностью днем тогда, когда будет освещена совершенным пылом внутреннего сияния. Она будет полностью «день» в то время, когда уже не будет обременена сковывающей памятью о злодеяниях, когда уберет от себя все остатки темноты. Но, в настоящее время, Церковь до сих пор выносит тяжесть искушений; спеша в намерении сердца в другое место, она движется в настоящем по своему пути, «поднимаясь как рассвет». И что это за место рассвета, если не идеальная яркость внутреннего видения?

Но, выйдя отсюда, она приходит на новое место, где больше не будет иметь ничего от темноты ночи, что осталась в прошлом. Если бы она не восприняла это место своим умом, она оставалась бы в темноте этой жизни. Но, стремясь ежедневно совершенствоваться и ежедневно увеличивать внутренний свет, она ​​уже созерцает свое собственное место, и стремится к свету, к полноте его яркости. «Рассвет» занимает свое место, когда святая душа горит желанием созерцать своего Создателя. «Рассвет» занял свое место, когда царь Давид сказал: «Жаждет душа моя к Богу крепкому, живому: когда приду и явлюсь пред лице Божие!» (Пс. 41:3). «Рассвет» в душе ап. Павла спешил прибыть на новое место, которое знал, когда он говорил: «…имею желание разрешиться и быть со Христом…» (Флп. 1:23). И снова: «Ибо для меня жизнь - Христос, и смерть - приобретение» (Флп. 1:21). И снова: «Ибо знаем, что, когда земной наш дом, эта хижина, разрушится, мы имеем от Бога жилище на небесах, дом нерукотворенный, вечный» (2 Кор. 5:1). Благословенный Иов говорил об этом же: «Пусть эта ночь будет одинока и не заслужит похвалы! Пусть она с нетерпением ждет света, и не увидит ни его, ни восходящий рассвет» (Иов 3:7-8)[3].

Итак, в этом свете, который проявится в Пришествие Строгого Судьи, тело нашего врага, который осужден, не увидит восходящего рассвета. Ибо, когда строгий Судья приходит с возмездием, каждый грешник, будучи угнетен чернотой от своих собственных пустынь, удерживается от знания дивного великолепия, с которым святая Церковь поднимается во внутреннем свете сердца. В это время душа избранных переносится на высоту таким образом, что озаряется лучами Божественности, купается в свете Его лика в той степени, какой она достигла в сиянии Благодати. В это время святая Церковь становится полным рассветом, так как она полностью покончила с темнотой смертности и невежества. Итак, на Суде она все еще «рассвет», но в Царстве она уже «день». Ибо, хотя она на Суде уже начнет созерцать свет, когда тела воскреснут, но только в Царстве она достигнет более полного представления о нем. Итак, «рассвет» – это начало внутреннего блеска Церкви, который не может видеть отверженный. Ибо угнетенные тяжестью зла, выведены в темноту из поля зрения Строгого Судьи. Следовательно, справедливо сказано через пророка: «Нечестивый человек уносится, чтобы не видеть славу Божию» (Ис. 26:10)[4].


[1] На церковнославянском языке: яко оброщение шипка ланиты твоя, кроме замолчания твоего. (Песн. 6:5). Синодальный перевод: как половинки гранатового яблока - ланиты твои под кудрями твоими.

[2] На церковнославянском языке: Кто сия проницающая аки утро… (Песн. 6:9). Синодальный перевод: Кто эта, блистающая, как заря…

[3] О! ночь та - да будет она безлюдна; да не войдет в нее веселье! Да проклянут ее проклинающие день, способные разбудить левиафана!

[4] На церковнославянском языке: Преста бо нечестивый: всяк, иже не научится правде на земли, истины не сотворит: да возмется нечестивый, да не видит славы Господни. Синодальный перевод: Если нечестивый будет помилован, то не научится он правде, - будет злодействовать в земле правых и не будет взирать на величие Господа.


 

Суббота, 10 марта 2018 г.

Святая Церковь смиренно стоит на камне Святого учения

«Одна единственная, моя голубка, моя совершенная» (Песн. 6:9)[1].

Любимые мои, наиболее дорогие мне, потому что вы живете праведной жизнью, совершая добрые дела, потому что вы изнуряете себя воздержанием, потому что вы всецело посвятили себя познанию учению Бога, вы должны подходить к вопросу единства Церкви с еще большим вниманием, иначе, следуя заблуждениям раскольников, церкви будут отделяться от Священной Вселенской Церкви. И к чему тогда вся эта маета, если не будет единства веры, которая, в частности, удерживает душу в добрых делах перед глазами Всемогущего Бога? Поэтому сказано: «Одна единственная, моя голубка, моя совершенная». Поэтому Господь говорит Моисею: «Вот место рядом со Мной, и ты будешь стоять на камне» (Исх. 33:21)[2]. Какое место может быть вне Бога, если мы видим, что все вещи удерживаются вместе через Того, Кем они были созданы? И есть место в Нем, а именно единство святой Церкви, которая стоит на камне, смиренно удерживая свои ноги на прочном фундаменте Святого учения. Что касается этого места, добавлено: «…ты увидишь Меня сзади…» (Исх. 33:23). Ибо став рядом с Богом, мы будем созерцать радости Небесного Отечества, которые обещаны нам в конце времен.

«Твой нос, как башня Ливанская» (Песн. 7:5)[3].

Я спрошу вас, дорогие братья, что за хвала для носа невесты, когда он сравнивается Женихом с «башней»? Но, поскольку то, что мы еще не можем узреть нашими глазами, как правило, мы заранее чувствуем через запах, ибо наш нос различает приятные запахи и неприятные, что же тогда подразумевается под «носом» Церкви, если не дальновидность святых людей и церковных властей? Кроме того, сторожевая башня находится на высоте, так чтобы приближающийся противник мог быть замечен издалека. Итак, «нос» Церкви по праву называется «как башня Ливанская», потому что до тех пор, пока дальновидное распознание святых, размещенных на высоте, тщательно отслеживает все, происходящее внизу, он распознает грех прежде, чем тот приходит. Таким образом, получается, что чем больше бдительности было проявлено для обнаружения греха до его прибытия, тем больше силы приобретено, чтобы избежать его.

«Нос» Церкви по праву сравнивается с «башней Ливанской», потому что проницательное предвидение святых находится на высоте таким образом, что оно может уловить атаки искушений еще до того, как они приходят, и, благодаря этому, более успешно противостоять им. Ибо, если будущие события ощущаются заранее, то они являются как бы менее сильными, когда настают. Ведь, если враг полагает, что он нападает неожиданно, а на самом деле его противник готов к удару, тот же враг ослаблен ровно настолько, насколько его действия были известны заранее.

Кроме того, «нос» Церкви по праву называется «башня Ливанская», так как очевидно, что проницательность начальствующих всегда должна быть укреплена пристальным вниманием и быть установлена на высоте праведного образа жизни, чтобы они не ниспали в «долину слабых дел». Ибо, как башня находится на горе, чтобы обнаружить врагов издалека, так же и поведение проповедника должно всегда оставаться неизменно на высоте. Ибо тогда, подобно «носу», он может различать неприятные запахи пороков и приятные ароматы добродетели, чуя издалека натиск злых духов, и через свою дальновидность благополучно вести души, порученные ему.

Поэтому, поведение стражника всегда должно оставаться на высоте и быть осмотрительным. Но, только лишь самому жить на высоте – для стражника недостаточно, если он упорной проповедью не привлекает своих слушателей к высотам, и не зажигает своим словом в их умах любовь к Небесному Отечеству. Давайте все оставаться на высоте, чтобы не поддаваться любви к земным вещам. Давайте будем осмотрительными и внимательными со всех сторон, чтобы не быть пораженными стрелами скрытого врага.



[1] На церковнославянском языке: едина есть голубица моя, совершенная моя: едина есть матери своей, избранна есть родившей ю… (Песн. 6:8). Синодальный перевод: но единственная - она, голубица моя, чистая моя; единственная она у матери своей, отличенная у родительницы своей…

[2] На церковнославянском языке: се, место у мене, и станеши на камени. Синодальный перевод: вот место у Меня, стань на этой скале;

[3] На церковнославянском языке: …нос твой яко столп ливанский, сматряяй лице дамаска (Песн. 7:4). Синодальный перевод: …нос твой - башня Ливанская, обращенная к Дамаску;

 


 

Воскресенье, 11 марта 2018 г.

В сердце, запечатанное верой, враг никогда не может ворваться искушением

«Кто это восходит из пустыни, преисполненная обилием сладостей?...» (Песн. 8:5)[1].

Если бы святая Церковь не была «преисполнена обилием сладостей», то есть словами Бога, она никогда не смогла бы «подняться из пустыни» настоящей жизни к вершинам горнего Отечества. Итак, она «преисполнена обилием сладостей» и «восходит», потому что, питаясь тайным пониманием, она ежедневно возносится в созерцание вещей Небесных. Чтобы быть «преисполненной обилием сладостей» она, имея любовь к Всевышнему, как можно больше должна быть заполнена «лакомствами» из Священного Писания. В нем мы, безусловно, находим столько сладких лакомств, сколько получаем для себя пользы от многообразия понимания. Таким образом, и исторический текст повествования питает нас, и нравственная аллегория, скрытая под буквальным смыслом, обновляет нас глубоко внутри, и созерцательность делает для нас ближе более высокие вещи даже сейчас, в темноте этой жизни, проливая на нас часть света вечности.

Но знайте, что та душа, которая «преисполнена обилием сладостей» в определенном аспекте себя расслабляет и ослабевает в своем рвении к активной деятельности, останавливаясь, как будто от усталости, потому что, когда душа начинает «переполняться обилием сладости» внутренне, она больше не горит желанием занимать себя земными делами. Скорее, плененная любовью Творца и одновременно освобожденная от плена себя самой, она тоскует, желая созерцать Его яркость, и перестает быть внешне деятельной, как будто под возросшим утомлением. И, как бы не в состоянии более нести отвратительное бремя, она торопится через внешнюю бездеятельность к Тому, Кого она любит внутри. Потому псалмопевец сказал: «И ночь будет моей посреди сладостей» (Пс 138:11)[2]. Ибо, когда мистическое понимание обновляет жаждущую душу, то темнота нынешней жизни рассеивается в ней при свете, что приходит. Таким образом, даже в темноте этого состояния тления, сила света, что ее озаряет, может проникнуть в глубину для ее понимания, и дать ей ощутить сладость слов, благодаря чему она еще больше может возжелать от пищи истины.

«…Кто это восходит, становясь белым?» (Песн. 8:5)[3].

Церковь не имеет Небесной жизни сама по себе, но только, когда Дух наполняет ее, тогда и она украшается красотой Его даров. По этой причине она описывается Женихом не как «белая», а как «становящаяся белой». Потому, обличая высокомерие еретиков, блаженный Иов назвал тех верующих, которые были истинно смиренными «чистейшими крашениями», говоря: «не должны чистейшие крашения быть украшены» (Иов. 28:19)[4]. Называются «чистейшие крашения» те, кто истинно смиренны и по-настоящему святы, кто на самом деле знают, что у них есть красота добродетели вовсе не благодаря их собственным усилиям, а они получают их даром благодати, сходящей на них. Ибо они бы не были окрашены, если бы сами имели святость по своей природе. Но они являются «чистейшие крашения», потому что, когда благодать добродетели сходит на них, они смиренно хранят этот дар, который получили.

Справедливо называют «чистейшими крашениями» и тех, кто были когда-то павшими в злые дела, но, когда Дух сошел на них, они оделись сиянием благодати, и стали полностью отличны от того, кем были раньше. Поэтому наше погружение в воду в Церкви называется «Крещение», то есть «крашение». Ибо мы, которые были когда-то отвратительны и черны от обезображивающих пороков, окрашиваемся при принятии веры, становимся красивыми и «белыми», по благодати украшаясь добродетелями.

«Положи меня, как печать, на сердце…» (Песн. 8:6)[5].

Священное Писание обычно использует слово «печать» для обозначения веры. Например, блудный сын, который вернулся к отцу после того, как расточил все имущество свое, живя распутно, получил перстень в качестве подарка (см. Лк. 15:11-22). Так и люди из язычников, которые вернулись к Богу через покаяние, укреплены печатью веры. Сейчас печать ставится на вещи, чтобы они не могли быть похищены дерзостью расхитителей. Итак, Жених, Который здесь говорит о Церкви: «Положи меня, как печать, на сердце…», говорит это также и для того, чтобы тайна веры в Него отпечаталась на нас для сохранности наших мыслей. Поэтому, когда вероломный слуга, наш враг, видит наши сердца, запечатанные верой, он не имеет наглости ворваться в них с искушением.


[1] На церковнославянском языке: Кто сия восходящая убелена и утвержаема о брате своем? под яблонею возбудих тя: тамо роди тя мати твоя, тамо поболе тобою рождшая тя. Синодальный перевод: Кто это восходит от пустыни, опираясь на своего возлюбленного? Под яблоней разбудила я тебя: там родила тебя мать твоя, там родила тебя родительница твоя.

[2] На церковнославянском языке: …и нощь просвещение в сладости моей. Синодальный перевод: …и свет вокруг меня сделается ночью.

[3] На церковнославянском языке: Кто сия восходящая убелена и утвержаема о брате своем? под яблонею возбудих тя: тамо роди тя мати твоя, тамо поболе тобою рождшая тя. Синодальный перевод: Кто это восходит от пустыни, опираясь на своего возлюбленного? Под яблоней разбудила я тебя: там родила тебя мать твоя, там родила тебя родительница твоя.

[4] На церковнославянском языке: не уравнится ей топазий ефиопский, со златом чистым не сравнится. Синодальный перевод: Не равняется с нею топаз Ефиопский; чистым золотом не оценивается она.

[5] На церковнославянском языке: Положи мя яко печать на сердцы твоем…

 

 

 


 

Понедельник, 12 марта 2018 г.

«…И слышавший да скажет прииди!...» (Откр. 22:17)

«…Крепка, как смерть, любовь…» (Песн. 8:6)[1].

Сила любви восхваляется голосом святой Церкви; любовь сравнивается с силой смерти потому что, как смерть разрушает тело, так и любовь к вечной жизни делает ум, охваченный ею, полностью мертвым для любви к земным вещам и для любви к миру. Ибо тот, кого она полностью поглощает, становится безразличным к внешним земным желаниям. И, чем сильнее власть, которой любовь возобладала над умом, тем больше она делает его равнодушным к внешним невзгодам. Кто укоренился только в желании вечного, тот и не превозносится от процветания, и не сотрясается от невзгод. Когда в мире нет ничего, что бы человек для себя искал, то ничто в мире не заставит его дрожать. Разве не горел ап. Павел огнем этой любви, когда сказал: «Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим. 8:38-39).

«Наша сестра мала, и она не имеет сосцов» (Песн. 8:8)[2].

Так же, как описывается возраст каждого отдельного человека, так же описывается и возраст святой Церкви. После своего рождения, когда она была «молода», она не могла проповедовать Слово Жизни раньше, чем она возросла в силе; она не могла предложить «сосцы» проповеди каждому немощному, слушающему ее. Но Церковь является «взрослой», когда, будучи верной Слову Божьему и наполненной Святым Духом, она зачинает детей посредством служения проповедью, вынашивает их через увещевания, и рождает их через преобразование.

«Ты, жительница садов, друзья слушают: дай и мне услышать твой голос» (Песн. 8:13)[3].

Церковь, к которой эти слова относятся, питается от слов Жениха, и она «жительница садов», потому что возделывает внутреннее состояние готовности, всегда сохраняя место, на котором могут быть посеяны добродетели. В самом деле, каждая душа, которая в настоящее время наполняется зеленью надежды и плодотворностью добрых дел, «живет в садах» Святой Церкви. Ибо сама по себе надежда бесплодна в этом веке, потому что все любимые здесь вещи постепенно отмирают. И поэтому ап. Петр призывает нас спешить к наследству иному: «к наследству нетленному, чистому, неувядаемому…» (1 Петр. 1:4).

Итак, Церковь, которая уже «живет в садах» должна «дать Жениху услышать ее голос», голос, которым она поет песнь благой проповеди, которой Тот, Кого она желает, будет порадован. Ясно также, что Жених желает услышать ее голос, ибо Он желает наполнить души Его избранных благой вестью, потому и сказано: «…друзья слушают…», т.е. все избранные, чтобы вернуться к жизни в своей Небесной Отчизне, должны слышать от нее Слово Жизни, слово ее проповеди.

Таким образом, душа, которая созерцая духовные вещи, взрастает в святой Церкви, должна предлагать познать их другим через проповедь. Видя, что она взрастает в себе, она понимает, что должна говорить об этих духовных вещах, и она начинает проповедь из заботы о возрастании своего ближнего. Поэтому в другом месте написано: «…И слышавший да скажет прииди!...» (Откр. 22:17). Ибо та душа, которая уже слышала голос Бога, говорящий в ее сердце, должна возвысить и свой голос для своих ближних, тем самым призывая других к тому, что она сама приобрела, будучи Им призванной.



[1] На церковнославянском языке: …зане крепка яко смерть любы…

[2] На церковнославянском языке: Сестра наша мала и сосцу не имать… Синодальный перевод: Есть у нас сестра, которая еще мала, и сосцов нет у нее…

[3] На церковнославянском языке: Седяй в вертоградех, и друзие внемлющии гласу твоему: глас твой внуши мне. Синодальный перевод: Жительница садов! товарищи внимают голосу твоему, дай и мне послушать его.


Среда, 14 марта 2018 г.

Господь явил нам Свою человеческую природу, удержав видение Своего Божества

«Вот! Он идет, скачет по горам, прыгает через холмы» (Песн. 2:8)[1].

Господь, придя для нашего искупления, совершал, если можно так выразиться, определенное количество «прыжков». Дорогие братья, вы хотите узнать, что это были за «прыжки»? С Неба Он вошел в утробу матери; из утробы Он вышел в ясли; из яслей Он пришел на Крест; от Креста Он пришел во гроб; из гроба Он вернулся на Небо. Вот! Истина, являясь во Плоти, совершает для нашей пользы определенное количество «прыжков» с тем, чтобы и нас заставить бежать за Ним. И «…радуется, как исполин, пробежать поприще» (Пс. 18:6) так, чтобы мы могли сказать Ему от нашего сердца: «Влеки меня! За тобой мы побежим в благоухание мира твоего…» (Песн. 1:3)[2]. Итак, дорогие братья, это здраво, что мы нашим сердцем следуем за Ним туда, куда, мы верим, Он вознесся своим Телом.

«Мой возлюбленный, как серна и молодой олень оленя…» (Песн. 2:9)[3].

Тут Господь называется «молодой олень оленя» из-за плоти, которую Он взял на Себя как сын древних отцов. Об этом говорит и апостол: «их и отцы, и от них Христос по плоти, сущий над всем Бог, благословенный во веки, аминь» (Рим. 9:5).

«…Вот! Он стоит у нас за стеной, глядя через окна, мелькает сквозь решетки» (Песн. 2:9)[4].

Когда наш Искупитель по милости воплотился ради нас, Он «встал» перед человеческими глазами, как будто «за стеной», ибо был для нас видимым благодаря Своей человеческой природе, но оставался невидимым в Своей Божественности. Поэтому евреи, ожидавшие его по обещаниям пророков, этим были сбиты с толку, пребывая в запутанности от своих ошибочных убеждений. Ибо они видели смертным Того, о Ком они верили, что Он придет для их спасения. И, когда они видели Его чудеса, они были склонны верить, но, когда размышляли о Его лишениях, как человека, они отказывались верить, что Тот, Кого они видели смертным во плоти, был Господь. Поэтому они постеснялись признать Его. Ибо они видели, что Он испытывает голод и жажду, что устает и нуждается во сне, отсюда сделали вывод, что Он был простым человеком. Они видели, что Он воскрешает из мертвых, очищает прокаженных, возвращает зрение слепым, изгоняет бесов, и делали вывод, что Он выше обычных людей. Тем не менее, когда они взвешивали это в своем сердце, для них Его человеческое затемняло значимость Его чудес.

Таким образом, святая Церковь голосом Невесты говорит, что желает видеть Его Человеческое и Его Божественное, хотя и не способна на это, потому что Человеческое Он явил, но скрыл от ее глаз Свет Своей Вечности, которую она жаждала созерцать. В своей печали она здесь и говорит: «…Вот! Он стоит у нас за стеной…». Это, как если бы она говорила простыми словами: «Со своей стороны, я уже сейчас желаю видеть Его в Его Божественности, но стена из плоти, что Он принял на Себя, до сих пор мешает мне».

Тот, Кто показал глазам человека то, что Он взял на Себя от смертной природы, остался невидимым в Себе, ибо «стоял» как будто «за стеной» для тех, кто желал видеть Его открыто, потому что не позволял видеть Себя в Своем Божественном Величии. Он стоял «как будто за стеной», когда показал природу человеческую, которую взял на Себя, удерживая и Природу Божества скрытой от человеческих глаз. Поэтому добавлено: «…глядя через окна, мелькает сквозь решетки». Ибо тот, кто «просматривается через окна и решетки» не является ни полностью видимым, ни полностью невидимым. Вот так и наш Искупитель предстал перед глаза сомневающихся: ибо, если бы Он совершал чудеса, не испытывая страданий, как человек, Он бы явился им исключительно как Бог; опять же, если бы Он испытывал страдания людей, не явив ничего, как Бог, они бы считали Его простым человеком. Но, так как Он и совершал Божественные дела, и, одновременно, терпел человеческие страдания, это, как если бы Он человеком «просматривался через окна и решетки». Ибо Он проявлял Себя Богом через чудеса и прятал то, что был Богом за Своими страданиями. Он из-за Своих страданий был увиден многими как человек, и все же виделся превосходящим людей по причине совершаемых чудес.


[1] На церковнославянском языке: се, той идет, скача на горы и прескача на холмы. Синодальный перевод: …вот, он идет, скачет по горам, прыгает по холмам.

[2] На церковнославянском языке: Привлекоша тя: вслед тебе в воню мира твоего течем… Синодальный перевод: Влеки меня, мы побежим за тобою…

[3] На церковнославянском языке: Подобен есть брат мой серне или младу еленю на горах вефильских… Синодальный перевод: Друг мой похож на серну или на молодого оленя…

[4] На церковнославянском языке: …Се, сей стоит за стеною нашею, проглядаяй оконцами, приницаяй сквозе мрежи. Синодальный перевод: …Вот, он стоит у нас за стеною, заглядывает в окно, мелькает сквозь решетку.

 


Четверг, 15 марта 2018 г.

Дух истины наполняет добродетелями святую Церковь

«Ты должен быть коронован от вершины Аманы, от пика Сенира и Ермона, от логовищ львиных» (Песн. 4:8)[1].

О приближающемся Женихе говорится, что Он «должен быть коронован от логовищ львиных». Кого еще может обозначать слово «львы», кроме демонов, бушующих против нас во гневе своего свирепого вида? Но, «логовища» демонов – это сердца нечестивых. Демоны соблазнили их к их собственной греховности, поэтому сказано, что чудовища – львы, там отдыхают, т.е. в том месте, где демоны обитают. Но, властью «руки Господней» (см. Иов. 26:13) львы изгоняются из их собственных логовищ, ибо, когда Божественная благодать нас исцеляет, тот, кто обладал нами, наш древний враг, изгоняется из нас, как говорит Сама воплощенная Истина: «…ныне князь мира сего изгнан будет вон» (Ин. 12:31). Те, чьи сердца были когда-то «логовищами львов», теперь призваны к вере, и когда они исповедуют, что Господь одержал победу над смертью, это, как если бы Он был «коронован от логовищ львиных». В конце концов, награда за победу – венец. Итак, верующие предлагают венец Господу так часто, как часто признают, что Он одержал победу над смертью через Свое Воскресение.

«…мед и молоко под языком твоим…» (Песн. 4:11).

Когда праведные видят людей, живущих злой жизнью, которые заслуживают того, чтобы быть наказанными резкими обличениями, они не сдерживают суровости от своих уст. Но «под языком» они все равно скрывают мягкость своего ума. Ибо они предпочитают не раскрывать сладость своего ума слабым, и, когда говорят, они наказывают их, не превышая меры необходимой суровости. И среди своих резких слов, они по чуть-чуть добавляют капельки сладости. Это и есть те, кто не держат сладость на языке, а держат ее «под языком». Ибо среди суровых слов, они также произносят и те, которые утешительны и сладки, в результате чего ум грешного человека может быть восстановлен ​​благодаря их терпеливой мягкости. И, наоборот, нечестивые и лицемеры льстят другим, а зло прячут «под язык», делая вид, будто слова их сладки, но при этом злые замыслы прячут в тайниках своих мыслей.

«Поднимись, северный ветер, приди, южный ветер, повей через мой сад, и пусть его сладкие ароматы распространяются вокруг» (Песн. 4:16)[2].

Помня о том, что «северный ветер» пронизывает холодом, слово «север» не является несоответствующим обозначением для холодного оцепенения, вызываемого злым духом. Пр. Исаия свидетельствует, что дьявол сказал, что он будет сидеть на «склонах севера» (см. Ис. 14:13). Он сидит на «склонах севера», потому что обволакивает холодом рациональности умы людей. Но, «южный ветер» – ветер, который, безусловно, веет теплом, является подходящим для обозначения пыла Святого Духа. Ибо, когда кто-то с Ним соприкасается, то освобождается от хождения злыми путями, как от оцепенения летаргического сна. И, когда кто-то Им наполнен, в нем горит любовь к духовной Родине.

Итак, голосом Жениха «северному ветру» приказано «встать», несомненно, для того, чтобы враждебный дух, который холодит сердца смертных, мог обратиться в бегство. По повелению Бога холодный дух отступает, теплый дух поселяется в сознании верующих и «веет по саду» Бога, которым является святая Церковь, для того, чтобы ее «сладкие ароматы распространить вокруг». Ибо, несомненно, когда Дух истины наполняет святую Церковь добродетелями, которые являются Его собственными дарами, Он распространяет ароматы добрых дел от нее далеко и широко. Как «благоухание», вытекают подтверждения ее добродетелей, что позволяет им стать известными для многих людей. Действительно, после ухода «северного ветра», которым является злой дух, Святой Дух наполняет ум как «южный ветер». Он дует теплотой и «сладкие ароматы» добродетелей сразу начинают проистекать из согревшихся сердец верующих, широко распространяя примеры их добродетелей. Поэтому, язык святых, пребывающих как «сад, через который подул южный ветер», может справедливо говорить: «Ибо мы Христово благоухание Богу…» (2 Кор. 2:15).


[1] На церковнославянском языке: Гряди от ливана, невесто, гряди от ливана: прииди и прейди из начала веры, от главы санира и аермона, от оград львовых, от гор пардалеов. Синодальный перевод: Со мною с Ливана, невеста! со мною иди с Ливана! спеши с вершины Аманы, с вершины Сенира и Ермона, от логовищ львиных, от гор барсовых!

[2] На церковнославянском языке: Востани, севере, и гряди, юже, и повей во вертограде моем, и да потекут ароматы мои. Синодальный перевод: Поднимись ветер с севера и принесись с юга, повей на сад мой, - и польются ароматы его!...

 


Пятница, 16 марта 2018 г.

В своем сердце необходимо следовать за Господом

«Его голова лучшее золото» (Песн. 5:11)[1].

Невеста, описывая вид Жениха, обозначает словом «золото» сокровенную яркость Его Божества. «…Христу глава - Бог» (1 Кор. 11:3), и нет металла более блистательного, чем золото, чтобы это описать. Глава Жениха называется «золотом», потому что Его человеческое поставлено над нами за счет яркости Его Божественности.

«Беги, мой возлюбленный, беги!» (Песн. 8:14)[2].

Мы говорим, что «что-то убегает от нас», когда хотим что-то вспомнить, но оно не приходит на ум. Мы говорим, что «что-то ускользает от нас», когда не можем сохранить в нашей памяти то, что пытаемся помнить. Так святая Церковь, наполненная пророческим духом, после повествования о смерти Господа, Его Воскресении и Вознесении, взывает к Нему: «Беги, мой возлюбленный, беги!». Она восклицает, как если бы сказала: «Ты, Который пришел понятным нам по Плоти, превзошел в Своей Божественности доступное нам для познания нашими чувствами, и остаешься непознанным для нас в Себе Самом».

Поэтому справедливо сказано псалмопевцем: «Темные облака под ногами Его, Он сел на Херувимов и полетел: Он летел на крыльях ветров, и Он сделал тьму покровом Своим» (Пс. 17:10-12)[3]. Теперь, у Него «темные облака под ногами», потому что те, кто находится под Ним, не воспринимают Его в той яркости Света, в которой Он владычествует среди тех, кто рядом. «…Он сел на Херувимов и полетел…». Херувим обозначает «полнота знания». Следовательно, «Он сел в полноте знаний и полетел», ибо ни одна «ветвь» наших знаний не может постичь Возвышенность Его Величия. Итак, «Он полетел», потому что находится на высоте, далекой от досягаемости нашего понимания. «…Он летел на крыльях ветров…», потому что выходит за пределы знаний, которым могут владеть наши души. «…Он сделал тьму покровом Своим», потому что темнота нашего ума делает нас неспособными к пониманию, наше собственное невежество скрывает Его от нас, и мы не способны видеть Его теперь в Его Вечной и Внутренней Славе. Он скрывает Силу Своего Величия от смертных существ. Мы в нашей нынешней жизни не в состоянии воспринимать Славу Его Царства в том великолепии, каким Оно есть, и Слава Небесного Царства не видна нам такой, какой она есть.

Итак, дорогие братья, нам необходимо в нашем сердце следовать за Господом туда, куда, мы верим, Он вознесся в Теле. Давайте уходить от земных желаний, чтобы ничто здесь нас не смогло теперь радовать, ибо наш Отец на Небесах. И нам нужно, прежде всего, думать о том, что Тот, Кто вознесся, вернется в мир, и что все, что Он сначала предписал нам с мягкостью, Он взыщет с нас со строгостью. Потому, пусть никто не презирает этот период милости, данный для покаяния. Пусть никто не пренебрегает возможностью позаботиться о себе, пока это еще возможно. Ибо с тем большей строгостью наш Искупитель придет в будущем на Суд, с чем большим терпением Он приближался к нам перед Судом. Итак, братья, сделайте это ради себя и тщательно поразмыслите над этим в вашем уме.

Наша душа еще волнуется тревожными мыслями о земных вещах, тем не менее, давайте закрепим якорь нашей надежды на нашей Вечной Родине, сосредоточив взгляд нашего ума на истинном Свете. В самом деле, ведь мы верим, что Господь вознесся на Небо. Так давайте сохраним эту веру, как предмет нашего созерцания. Здесь мы еще ограничены слабостью нашего тела, тем не менее, мы можем следовать за Ним стопами нашей любви. Тот, Кто дал нам это желание, конечно же, сможет исполнить все, Иисус Христос Господь наш, Который живет и царствует с Отцом в Единстве Святого Духа, Бог во веки веков. Аминь.



[1] На церковнославянском языке: глава его злато избранно… Синодальный перевод: голова его - чистое золото…

[2] На церковнославянском языке: Бежи, брате мой… Синодальный перевод: Беги, возлюбленный мой…

[3] На церковнославянском языке: И приклони небеса и сниде, и мрак под ногама его. И взыде на херувимы и лете, лете на крилу ветреню. И положи тму закров свой… Синодальный перевод: Наклонил Он небеса и сошел, - и мрак под ногами Его. И воссел на Херувимов и полетел, и понесся на крыльях ветра. И мрак сделал покровом Своим…


 

 

 


 

Комментарии   

 
0 #1 backrecmefs 18.03.2018 11:06
Я думаю, что Вы ошибаетесь. Могу отстоять свою позицию. Пишите мне в PM, обсудим.

---
Может быть fhl bh editor fifa 15 скачать, скачать fts 15 mod fifa 17 или скачать fifa 15 с яндекс диска скачать fifa 15 полная версия
Цитировать
 

Добавить комментарий


Какая форма религиозного образования для детей, на Ваш взгляд, необходима?

Loading...

Сегодня

Среда 18 июля 2018 / 5 июля 2018

Седмица 8-я по Пятидесятнице. Глас шестый.
Пост. Пища с растительным маслом

Прп. Афанасия Афонского (1000). Обретение честных мощей прп. Сергия, игумена Радонежского (1422). Cщмч. Геннадия пресвитера, прмцц. вел. кн. Елисаветы и инокини Варвары (1918). Прп. Агапита исп. (1936). Мцц. Анны (Агнии) и Кириллы (Киприллы) (304). Прп. Лампада Иринопольского (X). Иконы Божией Матери, именуемой "Экономисса". Новопрпмч. Киприана Афонского (Греч.). Новомчч. кн. Игоря Константиновича, кн. Иоанна Константиновича, кн. Константина Константиновича, кн. Владимира и кн. Сергия (Палея). Св. Морвенны, покровительницы Морвенстоу (VI) (Кельт. и Брит.). Собор 23 свв. Лесбосских (Греч.). Св. Стефана, еп. Регийского, ученика ап. Павла, и вместе с ним еп. Суерия и дев Агнии, Филицитаты и Перпетуи (I). Мч. Афанасия, диак. Иерусалимского (451).
Монастыри и храмы УПЦ Десятинный монастырь